Книга И пришёл Лесник! 28, страница 99 – Василий Лазарев

— Если я не захочу? Наш выводок, как ты выражаешься может прибыть сюда в полном составе и тогда тебя ничто не спасёт.

— Попробуй, открой портал. Ну же? — Ансунамун громко рассмеялась и её жёлтые кошачьи зрачки сверкнули в темноте комнаты. Великий попробовал, но теперь и сам оказался скован, как прежде он делал с людьми. — Видишь, не один ты можешь управлять телами.

— Подчиняюсь, — склонил голову Великий. Изверги выжили прежде всего за счёт хитрости. Придёт его время, пока что он решил подчиниться и посмотреть, что за могущество сможет предложить жрица. Возможно, как раз это «могущество» поможет ему выйти из-под контроля. Великий также ощутил на себе силу Ансунамун и понял, дёргаться пока рано. — Что дальше?

— Собирай всех, мы отправляемся на новое место. Вместе у нас получится…

— Что получится?

— Разбудить абсолютное зло, о котором говорит древнее пророчество! — сверкнула глазами Ансунамун в третий раз.

Вилла «Озёрная» только называлась громко, на самом деле её всегда использовали в качестве склада. И желание жён продать её и оставить Горца окончательно с носом на самом деле казалось мало осуществимым. Кому нужна эта гряда остроконечных скал? Практически никому. Зелени практически не росло, лужаек не было, одни голые камни и кому пришло в голову назвать это место 'Озёрной? К тому же скалы вдавались мысом в море метров на двести. Виллу постоянно обхаживал дикий ветер принося с собой морскую влагу. Одежда здесь становилась просоленной на третий день. Единственное обстоятельство почему здесь жили люди, это глубокие гроты ведущие далеко под поверхность. До конца по ним никто не отважился ходить, мало ли на что нарвёшься в подземелье. Перекрыли самыми большими камнями обмазав их раствором и на этом успокоились. Внизу в каменном мешке удобно было хранить припасы, температура там не поднималась выше пяти градусов тепла, когда как наверху нередко доходила и до сорока.

На выступе «Озёрной» имелся небольшой домишко сложенный из валунов в изобилии разбросанных на берегу. Их также крепили на раствор и деревянные направляющие формировали каркас двухэтажного особняка. Имелся собственный дизель-генератор, насос качал воду прямиком из скважины на «большой» земле по пожарному рукаву. Одним словом, жить было можно, но недолго. Теперь же Горец прятался здесь от проснувшихся от летаргического сна кредиторов. Будучи смещённым со всех постов, как оказалось, он остался должен круглую сумму. Будучи главой ему прощали кредиты, но вдруг выяснилось, что не забыли и сейчас потребовали назад. С процентами. Из недвижимости у него остался личный президентский люкс в «Пирамиде Хеопса», но там Горец сейчас не рисковал появляться. Его оккупировали жёны, также страстно желавшие наложить лапу на него. Стоил он как три «Озёрных» и многие мечтали его приобрести. Жёнушки не спешили продавать, заняв все комнаты и устроили общежитие. Причём одна из них, блондинка, уже жила с любовником. Горец тихо радовался, потому как за долги их всех скоро оттуда вытряхнут как пепельницу, и окажутся они со своими ёбарями с голой жопой на брусчатке Пикадилли!

— Кто же мог подумать, — наверное в сотый раз за последние сутки произнёс Горец, наливая себе в высокий стакан виски восемнадцатилетней выдержки.