Книга И пришёл Лесник! 29, страница 113 – Василий Лазарев

Люк броневика открылся и из него вылез нолд. Это было большой ошибкой. Мы как раз подбирались к голове колонны скрываясь за пленниками и всё видели. Фельдшер уже сидел на крыше броневике спрыгнув с потолка и первым делом подцепил кинжалами когтей нолда. Резко дёрнув лапу, он оторвал голову любознательному нолду, а сам быстро исчез в кабине. Не успел я моргнуть, как оттуда влетело скомканное тело второго нолда. Следом показался сам Фельдшер, капюшон его слетел и заключённые, увидев суперэлиту закричали в ужасе.

— Спокойно! — крикнул я и подошёл к броневику. — Спокойно. Мы вас сейчас освободим, а вы поможете нам захватить тюрьму.

Ропот, поднявшийся в колонне, постепенно улёгся и люди прислушались. К тому же находясь в ошейниках они обессилили до такой степени, что едва могли говорить.

— Астра, расстегни их. Пусть придут в себя.

— Внизу ждут, Жень. У нас не больше пяти минут на отдых, — она подошла к стоявшим первыми в колонне людям и подключила планшет к силовому канату. Их ошейники расстегнулись, и они рухнули на пол. Волна отключений пробежала вдоль всего каната освободив всех от оков. Кто-то остался стоять на ногах, но большинство в изнеможении попадали на пол.

— Пока вы отдыхаете, слушайте, что мы сделаем дальше, — продолжил я. — Сейчас вы все построитесь по парам, как и шли до этого. Затем мы спустимся вниз и захватим пропускной пункт.

— Мил человек, да мы стоять не можем, а ты захватить, — донеслось из туннеля.

— Вам надо только дойти. Дальше мы сами всё сделаем. Внизу наверняка есть вода и еда. Мы и сами жрать хотим, — крикнул в ответ папаша Кац.

— А ты кто такой? — недоверчиво спросил мужской голос.

— Кац-освободитель! — громогласно провозгласил папаша Кац.

— О, господи! И здесь евреи…

— Я бы попросил! — возмутился папаша Кац. — Мы освобождаем, вы радуетесь!

— Не так быстро, я записываю, — раздался звонкий девичий голос. Изя скривился в гримасе и полез в карман за фляжкой.

— Лесник, я таки не уверен, по-моему, они хотят познакомиться с концлагерем.

— Изя, они на радостях, отстань, — отмахнулся я, — всё, отдых окончен, встаём и идём дальше. Сохраняем печальное выражение лица.

— У нас здесь мур затесался! — буркнул пожилой человек. — Я видел, как он с нолдами ручкался, а потом его к нам подключили. Подсадной.

— Ты? — я подошёл к здоровенному бугаю сидевшему обособленно у стены туннеля. — Руки подними.

— А не пошёл бы ты. Всякая рожа небритая мне указывать будет. Да я стронг! Старик зенки свои залил и уже не видит ничего! — он так искренне возмутился, что ещё немного и я бы поверил. Если бы не его бегающие глаза.

— Да-да, — кивнул я. — И в танке горел на Курской дуге?

— Чё? — не понял парень.

— Проехали, руки, говорю в гору, иначе пристрелю, — чем кстати? Пистолетик свой я ещё в Момо кинул. Здоровяк отлип от стены и встал на ноги.

— Я тебя сейчас сам сожру, — пообещал он, став выше меня на голову.

— Мур он, я видела его наколку, — чумазая обладательница звонкого голоса стояла за моей спиной. Это она нас заметила, когда мы присоединились к колонне.

— Слышь, крыса, задушу! — он протянул свою лапу ко мне. Я не стал тратить на него силы или дар. Хлопок и вверх ударил фонтан крови. Его голова исчезла. Выстрел у меня получился настолько ювелирный, что отдача оказалась совсем слабой, однако меня всё же откинуло прямо на чумазую девчонку и мы упали на землю. Тело здоровяка закачалось и упало обратно к стене. Никто даже не понял, что произошло. Мур сел обратно на своё место, только теперь уже без головы. Кровь неохотными толчками сочилась из раны, но вскоре прекратила свой ток. Меня всё же разобрало любопытство и встав на ноги я поднял трупу правую руку. Так и есть, подмышкой у него красовалась голова ворона с короной из пальмовых веток.