Книга И пришёл Лесник! 29, страница 94 – Василий Лазарев

— Вам интересно как я оказался в таком положении? Я расскажу вам, но позже. Флотилия же ушла прямо с первой платформы. Я открыл гиперпереход на Бетельгейзе, но сам прыгнуть не смог. Это если вкратце, — ответил механический голос.

— Почему? — мне стало интересно. Какая-то невероятно запутанная история, но я обязательно распутаю её.

— Я не помню, честно. Моё сознание ещё не очнулось от долгого сна. Мне снились сны, что я живой. И что меня ждут. Где-то очень далеко, но я могу туда попасть, если обрету себя. Но что-то держит меня…

— Что? — Астра записывала его речь сама не понимая за чем она это делала.

— Давайте сначала хотя бы разберёмся со скреббером. К чему вам все эти знания, если я не смогу выйти из запретной зоны, — резонно заметил Хищник.

— Ты не уверен, что сможешь победить его? — она почувствовала неуверенность в его словах.

— Честно говоря, да. А ведь я априори не могу чувствовать страх. Что-то произошло со мной во время консервации. Как будто мне поставили блок.

— С блоками это ко мне, — обрадовался папаша Кац. — Только как? Боюсь одного разговора нам будет мало. Никогда ещё не лечил компьютер.

— Значит я программа? Мне казалось, что я живой, — такое ощущение, что он сейчас расплачется. Возможно, это последствие долгого сна и Хищник ещё не пришёл в себя. Не хватало нам ещё рефлексирующего убийцы с дезинтеграторами. — После того как появилось это чудовище я не могу ничего обещать. Я видел, как он разобрался с тремя патрульными катерами, случайно зашедшими в запретную зону. Они прожили ровно две минуты. Он невидим!

— Если он невидим, то как мы его заметим? — Астра сидела рядом со мной и управляла Хищником слегка двигая джойстиком.

— Не бывает невидимых заражённых, тем более скребберов, — папаша Кац отвлёкся от содержимого своей фляжки. — Они материальны, а значит видимы в электромагнитном спектре, деточка! Их можно пощупать, откуда, по-твоему, белые жемчужины берутся?

— Какой вредный старикашка. Тебе уже говорили это? — недовольно ответила Астра, всматриваясь в камеры дронов.

— И ни раз! Но Кац всегда оказывался прав. Сама поймёшь.

— Сам погляди, — Астра указала на двадцать квадратиков на большом экране, каждый из них означал один дрон. На всех отражалась только голубая муть газового океана. — Везде пусто! Ни на одном нет движения.

— Сонары также его «не видят», — откликнулся сам Хищник.

— Раз не видят, то его нет поблизости, — заключил папаша Кац. — Рули отсюда!

— Куда? Мы разве не будем охотиться за ним? — удивилась Астра. — Я думала нам нужны белые жемчужины.

— Я бы предпочёл уйти по-тихому, — внёс своё предложение корабль.

— Тебя, железяка, никто не спрашивает! — папаша Кац пришёл в своё нормальное состояние залив полный бак. Он закрутил крышку на фляге и запихнул её поглубже во внутренний карман куртки. — Я уже напился или мне кажется, что со мной заклёпки разговаривают?

— Изя! Ну разве так можно? — негодующе посмотрел на него Маша. — Неудобно же!

— А чё он себе электроны вывихнул? Я что теперь с каждым гаечным ключом должен советоваться, по-твоему? — брызгая слюной воскликнул папаша Кац. — Он наш Росинант, а мы на нём едем, скачем, то есть, плывём, короче! Какие вопросы?

— Всё так, но я всё же не хочу, чтобы всякие алкоголики называли меня железкой! — обиженно ответил Хищник. Астра посмотрела на папашу Каца и захихикала как первоклассница.