Книга Повелитель Рун. Том 5, страница 16 – Илья Сапунов

К текущему моменту, влияние иллюзорного формирования на Дорена тоже было минимальным, с тех пор как наблюдатели в небе исчезли, он мог не таясь вмешиваться в её магическую структуру. Так парень избавился и от второго факт-чека.

Память же самого юноши… Была уникальной. Дорен помнил и знал о своем теле столько всего… Сложилась немыслимая ситуация. Оригинальный Дорен обладал ничтожным магическим талантом. Знания и опыт юноши не сильно спасли ситуацию, внезапное «обожествление» тоже не помогло. Ситуация была настолько неудачной, что ему даже пришлось использовать внешний артефакт для хранения маны. Его совершенно точно можно было назвать посредственностью или бездарностью. Но в глазах других он был молодым мистиком потрясающей силы и таланта. Формация не смогла самостоятельно проанализировать телосложение юноши, и обратилась к памяти наблюдателей. Память учителей и учеников говорила, что он талантлив и силен, память Дорена сбивала с толку, казалось, что он был мистиком сразу всех звезд одновременно, поэтому в начале испытания проблемный маг неожиданно для себя оказался на пике третьей звезды с подходящим гению, огромным объемом доступной маны.

Но когда некоторое время назад он прорывался к четвертой звезде, то почувствовал, что оковы достоверности почти не сдерживают его. Дорен постарался максимально детально вспомнить, какого это, быть на пике уже четвертого уровня. И формация его не остановила. Прорвавшись сквозь узкое место, он тут же стабилизировался и рванул дальше. В какой-то степени, он проводил проверку реалистичности сам себе. Не было авторитетного наблюдателя, чья память бы категорично заявила: «такого резкого подъема сил быть не может». Память же Дорена упрямо твердила, что может, в его воспоминаниях были и более удивительные случаи.

Так что несмотря на то, что юноша с пугающей скоростью тратил ману направо и налево, он с не менее пугающей скоростью восстанавливал её обратно. Парень устал, но эта усталость отчасти была даже приятной, слишком уж давно он не был по-настоящему сильным.

Наконец, почти бесконечная армия големов закончилась. Лишь один единственный солдат упрямо рубил воздух мечом, пытаясь достать Дорена.

— Отступайте, — юноша не спешил добивать противника. — когда я разберусь с последним, командир вступит в бой. В этот момент вам лучше быть подальше.

— Но мы можем помочь, — Хлоя заметно нахмурилась.

— Поверь мне на слово, не можете, — Дорен в своем отказе был категоричен. — За все это время мы проделали отличную работу. Хотя среди нас есть раненые, до сих пор никто не умер. Я хочу, чтобы так все и осталось. Этот противник слишком опасен и ошибок он не прощает.

— Но как же ты справишься один…

— Хлоя, — голос юноши был резким. — Это не обсуждается. У каждого есть своя задача. Твоя — защищать остальных, пока я буду занят. Найдите приличное укрытие и позаботьтесь о раненых.

— Хорошо, я поняла, — девушка стиснула зубы, явно недовольная, но спорить дальше не стала.

Отряд мистиков, за исключением Дорена, стал медленно отходить. Но не только Хлоя выглядела хмуро. Почти все ученики с тревогой смотрели на своего лидера. Даже стихийник приятель Колина мрачно поглядывал назад, откинув в сторону личные отношения, он прекрасно понимал, что, если отряд лишится поддержки такого могучего мага, они вряд ли смогут выбраться из иллюзии самостоятельно.