Книга Вперед в СССР! Том 3, страница 46 – Михаил Ежов, Ян Бадевский

Едва он договорил, как из камня показалось призрачное лицо. На мгновение проскользнули орочьи черты, а затем субстанция утратила чёткие очертания. Она словно струилась из белой плиты, пока не оказалась снаружи, где принялась быстро клубиться.

— Готово, — проговорил Чупа. — Кто начнёт диалог — ты или я?

— Эм-м… Как его зовут-то хоть?

— Откуда мне знать?

Я повернулся к призрачной субстанции.

Всё это смахивало на голограмму или мираж в пустыне.

— Меня зовут Владленом Громовым. Я прибыл в ваш мир из Советского Союза.

— Мы знаем, кто ты, — прозвучал шелестящий голос. — У меня в этом мире нет имени. Но ты можешь использовать прозвище Ульхар.

— Хорошо, Ульхар, — кивнул я. — Прости, что отвлекаю, но я почти не владею вашим языком. Это мешает моей работе. Можешь помочь?

— Тебя прислали, чтобы избавить нас от чужака, — субстанция собралась в светящийся шар. — И я помогу.

Светящийся шар медленно проплыл над песком, коснулся моей груди, застыл на пару секунд, словно раздумывая, а затем погрузился в тело. Весь, без остатка. Меня прошиб резкий озноб. Только и всего.

Чупа расплылся в довольной улыбке.

— Ну, как, хозяин? Чувствуешь себя знатоком языка гратхов?

— Пока не знаю, — честно ответил я, прислушиваясь к ощущениям. — Думаю, нужно проверить.

— Тогда предлагаю отправиться в обратный путь.

Вокруг нас взметнулся песок. Золотистые тучи скрыли всё, включая белый обелиск, завертелись, превращаясь в смерч, и меня выбросило обратно в комнату, из которой мы пустились в путешествие по мирам.

Чёрная эктоплазма схлынула, исчезнув в полу и стенах.

Я уставился в телевизор. Прошло несколько мгновений, прежде чем уши наполнились звуком.

Орочиха в сером жакете и белой блузке произнесла:

— … таким образом, бесспорные достижения наших тружеников дарят надежду на досрочное завершение строительства нового жилого комплекса для особо отличившихся советских граждан.

Это был всё тот же репортаж. Значит, времени мы провели в пустыне немного.

— А на следующей неделе во Дворце дружбы открывается конференция с участием наших социалистических партнёров, — продолжила ведущая новостей. — Будет обсуждаться вопрос строительства атомной электростанции.

Я взял пульт и приглушил звук. Голос орочихи превратился в бормотание.

— Ну как? — осведомился материализовавшийся на телевизоре Чупа.

— Я всё понял. Каждое слово. Как будто она говорила по-русски.

Фамильяр изобразил реверанс.

— Как обещал, хозяин. Надеюсь, теперь ты почувствуешь себя уверенней.

— Нужно подкачаться, — сказал я, вставая с дивана. — Чтобы чувствовать себя уверенно, мне требуется больше энергии.

— С чего начнём? — деловито спросил хомяк. — Плюс или минус?

— Плюс. Надо узнать, какие тут есть развлечения.

Увы, отсутствие ОГАСа сильно затрудняло такие вот поиски. Пришлось выйти на улицу и прогуляться, разглядывая афиши. Как в моём мире, здесь рекламу представлений расклеивали на тумбах и стендах, а иногда — прямо на стенах домов.

Я выбрал концерт музыкальной группы, который должен был начаться через пару часов. На плакате были фотографии пяти орков, одетых самыми натуральными металлистами. Похоже, здесь данный вид музыки капиталистическим не считался. Название коллектива я, как ни старался, прочитать не смог: слишком уж витиеватый был выбран шрифт. Даже знание местного языка не помогло.