Книга Школа смерти, страница 77 – Ян Бадевский

— Ударно-спусковой механизм спрятан в рукоятку. Пороховые газы не выходят в атмосферу, а начальная скорость пули… скажем так, ниже звукового порога, — продолжила девушка.

— Он бесшумный.

— Да.

— Здесь куча защелок и предохранителей.

— Флажок, взводы, тяжелый толкатель. Но это фигня. После модернизации пушку будет контролировать демон.

— Даже прицеливание?

— И его тоже. В тир, конечно, стоит походить. Освоить базовые оружейные навыки. У нас в школе есть подходящее помещение.

— Меня так и пустили туда с одержимым артефактом.

— Воспользуйся лицейскими пистолетами. А МСП не пали.

Я аккуратно уложил пистолет в контейнер и защелкнул держатели.

— Калибр семь шестьдесят два, — добавила девушка.

— Я не разбираюсь в огнестреле. Ответь мне на такой вопрос: что с легальностью ношения? Обычный школьник может держать у себя демонический ствол, разработанный для спецопераций?

— Разрешение оформят. Подарок от клана Адамсов.

— Мило, — я вернул коробку Маше. — Но этого недостаточно, чтобы втянуть меня в ваши клановые разборки. Я способен за себя постоять. Участвовать в боевых действиях не планирую. Так что…

— Это подарок, — перебила Микуцкая. — Всего лишь подарок, напоминаю. Без обязательств.

Знаем мы эти подарки. Сегодня ты поступил в лицей по личной протекции, а завтра уже приносишь присягу демонологам.

— Ладно, — я сдаюсь. — Уговорила. Долго нам еще висеть в этом… убежище?

Маша спрятала контейнер в рюкзак.

Взглянула на экранчик устройства, напоминающего смарт-часы.

— Шесть минут. Готовься к рывку.

— В смысле?

— Нас ждет небольшая пробежка.

Я проверил свой телефон. Связи, как и следовало ожидать, никакой. Значит, устройство Микуцкой автономно, все карты и таймер хранятся в памяти.

— Отсюда не позвонишь, — хмыкнула девушка.

— Я уже понял.

Когда смарт-часы Маши начали пипикать, сигнализируя о наметившемся окне возможностей, мы сорвались с места.

— Не отставай, — бросила эльфийка через плечо.

И свернула направо.

Сорвалась в бег.

Я устремился вслед за призывательницей, добавив немного праны к ловкости и скоростным характеристикам. Мы нырнули в каменный рукав, закругляющийся к условному западу. В небе над домами зависло мутное пятно — то ли луна, то ли солнце. Не отличишь.

Мы промчались по мостовой, свернули в арку, пересекли зеленый дворик, обогнули проржавевший шлагбаум и попали на очередную улочку, застроенную трехэтажными зданиями. Вероятно, многоквартирными.

Сворачиваем налево.

Маша резко притормаживает — я чуть не врезаюсь ей в спину. Впереди происходит нечто психоделическое. Канализационный люк в десятке шагов от нас сдвигает крышку, разверзает пасть и начинает закручивать воронку, сложенную из круглых камней. Мостовая проваливается вниз.

Теряю равновесие…

Земля уходит из-под ног.

Я слышал это выражение, но не вдумывался в его смысл. И вот ровная поверхность превращается в наклонную. Чтобы не грохнуться на пятую точку, я выставляю назад руки. Упираюсь в шероховатые булыжники, но они движутся по кругу. Падаю, обдираю локоть, начинаю соскальзывать вниз.

У Микуцкой те же проблемы.

Тварь, поселившаяся в люке, медленно расширяет пасть, а ряды окатышей сворачивают воронку, подтягивая нас к черному провалу.

Зашиваю руки в гибкий доспех.

Отращиваю на ладонях изогнутые шипы и со всего маха вгоняю в расщелины между камнями. Мостовая уже под тридцатиградусным уклоном, но люк продолжает углубляться, создавая воронку. Спирали ведут меня вправо — по часовой стрелке.