Книга Семинарист, страница 25 – Ян Бадевский

Проблема в том, что Денис не видел всей картины. Он привык оперировать отмытыми деньгами, инвестируя их с пользой для семьи, но лишь Варя понимала, насколько благосостояние Рода завязано на Володкевичах и их милом подвальчике.

— Я бы не стал тебя тревожить, — Фурсов указал на свободное кресло, — но обстоятельства изменились. Не в лучшую, должен признать, сторону.

— Ты о креме, папа?

— О нём, — вздохнул глава Рода.

— Я слышала, что произошёл конфликт с последним из Володкевичей. Как такое возможно?

Фурсов пожал плечами:

— Мы его недооценили.

Варя выглядела сногсшибательно даже по меркам Турова, одного из крупнейших мегаполисов России. Эффектная блондинка, высокая и стройная, с горделивой осанкой и ярко-голубыми глазами. Внешность ей досталась от матери, а та в молодости многим успела вскружить голову. Фурсов тогда не успевал принимать вызовы на дуэль и расправляться с незадачливыми ухажёрами, осмелившимися оспаривать его выбор. Что касается Дара, то Варенька стала кинетиком, хотя все расчёты показывали, что фамильные гены её предков по материнской линии должны возобладать. А мать Вари, старшая жена Фурсова, унаследовала криокинетические способности.

Замораживать врагов Варя Фурсова не умела.

Но она уничтожала тех, кто вставал у неё на пути, тысячью других способов.

— Война была бы проиграна, — нехотя признал глава Рода. — И теперь мы вынуждены сотрудничать с Ростиславом на худших условиях, нежели… до начала конфликта.

— Уменьшился процент? — догадалась девушка.

Андрей Поликарпович кивнул.

Варя на несколько секунд задумалась.

— Что с ним не так, папа? Мы думали, что он бездарь, ничего не умеет. Гвардию Володкевичей перебили. Ты отправил нас в Европу, потому что боялся удара с другой стороны…

— И сейчас боюсь, — перебил Фурсов. — Но Ростислав обещал нам защиту.

— Что? — глаза девушки расширились от удивления. — Он? Нам? Защиту?

— Я понимаю, звучит фантастично. Но если ты выслушаешь мой рассказ, то поймёшь, что не всё так очевидно.

Фурсов вызвал служанку по селектору, и в кабинет принесли чай с бутербродами, а также любимый фруктовый смузи Вареньки, который та незамедлительно схватила с подноса.

Через полчаса в кабинете воцарилась тишина.

Андрей Поликарпович долил себе ещё немного божественного напитка, а Варя поднялась с кресла, направилась к окну и уставилась вдаль, скрестив руки на груди.

— С ним определённо что-то не так, — наконец, произнесла девушка. — С Ростиславом.

— Вот и выясни это, — глава Рода перешёл к сути. — Мальчишку призвали в семинарию. Он сейчас в рясе, ему не до усадьбы. И не до нас.

— Тогда как ты можешь воспринимать всерьёз его слова о защите? — не выдержала Варя. — Это пустая бравада.

— Я и не воспринимаю, — пожал плечами Андрей Поликарпович. — Наши проблемы никуда не исчезли. Напротив, если инквизиция прознает… всем несдобровать.

— Похоже, славные деньки нашего Рода закончились, — в голосе Варвары прозвучала горечь.

— Не спеши нас хоронить, — хмыкнул Фурсов. — Ростислав не заинтересован в том, чтобы сдавать схему. При этом у него есть «крыша», а у нас её нет.

— У тебя есть план, отец?

— Конечно, девочка моя. Он у меня всегда под рукой, ты же знаешь.

Варя отвернулась от окна.

— Расскажешь?

— Всему своё время. Для начала я хочу, чтобы ты встретилась с Володкевичем и предложила ему свои услуги в качестве управляющего.