Книга Семинарист, страница 31 – Ян Бадевский

Оружейник велел построиться полукругом, а сам занял место в центре арсенала.

— Послушники, — голос у мастера был глухим и невыразительным. — Наверное, вам уже сказали, что всё оружие инквизиторов подчиняется жёстким стандартам. Вы будете осваивать и менять инструменты по мере перехода на более высокие ступени посвящения. И всё же есть четыре базовых устройства, которые вы обязаны освоить за время учёбы в семинарии.

Мастер вздохнул.

И в наступившей тишине продолжил:

— Я назову эти вещи. Нож боевой, нож тычковый, тонфа и пистолет.

Повисла тишина.

Немногие из присутствующих знали, что такое пистолет. Я, например, не знал до вступительного экзамена. Само слово показалось мне знакомым, словно его упоминали в сводках новостей или ещё где-то, но уверенности не было.

— Разве пистолет — не запрещённый тип огнестрельного оружия? — раздался неуверенный голос ботаника.

Мастер-оружейник кивнул.

— Всё так. Но мы им пользуемся. Добро пожаловать в инквизицию.

Если он и шутил, то с абсолютно серьёзным выражением на лице.

— А как же… — тихо произнесла одна из девушек. — Закон Меча?

— Работает, — заверил мастер-оружейник. — В условном сферическом вакууме.

Я с трудом подавил улыбку.

А мне нравится этот парень!

— Итак, меня зовут братом Захарием, и вы здесь, чтобы получить свою первую игрушку, — продолжил отжигать инквизитор. — Боевой нож. Мы его называем Десницей.

В руке Захария, точно у заправского фокусника, появился клинок.

Должен признать, нож впечатляющий. Добрых тридцать, а то и все тридцать пять сантиметров в длину с учётом изогнутой в нижней части рукояти. Широкий и прямой клинок с односторонней заточкой, клиновидное сечение, толстый обух. Никаких плавных закруглений. Прямой срез формировал остриё, как в мечах шиноби. Здоровенная хрень, почти не уступающая танто и кукри. Возникло подозрение, что эта штука носится на поясе.

— Сакс, — представил оружие Захарий, словно говорил о старом приятеле. — По форме, но не по содержанию.

Взмахнув ножом, инквизитор вычертил на полу длинную борозду, которая через несколько секунд затянулась, словно заживший рубец.

— Как это? — опешил Илья.

Сакс не прикасался к полу.

— Незримая грань, — сообщил Захарий. — Одна из модификаций, но злоупотреблять не советую. Жрёт много энергии.

Второй взмах — и клинок изогнулся подобно змее.

А потом начал удлиняться.

Брат Захарий нанёс два хлёстких удара условному противнику, после чего нож восстановил конфигурацию. Я настроился на увлекательное зрелище.

— Кто хочет испытать Десницу?

Захарий обвёл нас пытливым и немного фанатичным взором.

А потом его глаза остановились на мне.

— Ты. Два шага вперёд.

Я не люблю драться с противниками, навыки которых затрудняюсь определить.

Здоровая паранойя, если хотите.

Вот только брат Захарий и не планировал устраивать в арсенале поединок.

— Лови, — он бросил мне нож.

Ничто, как говорится, не предвещало беды. Но когда я на автомате выхватил оружие из воздуха, меня долбануло током. Слегка, но это было неприятно. Тут же сработали инстинкты, активировался доспех. Ладонь затянуло незримой бронёй, в которую я вплёл устойчивость к магии.

Меня перестало колотить.

Оружейник, который внимательно наблюдал за мной секунд двадцать, не смог сдержать удивления.

— Что-нибудь чувствуешь?