Книга Семинарист, страница 55 – Ян Бадевский

— Чем поможешь ты?

— Я буду поддерживать всю эту систему в равновесии. Обеспечивать стабильность получения прибыли. Это в общих интересах.

— Но это не спасёт нас от тех… кто сидит в Москве.

— Разбогатев, ты сможешь восстановить усадьбу, собрать гвардию и обеспечить надёжную охрану… подвалу. Гвардия будет верна тебе. Что я смогу сделать при таком раскладе?

Я всё же сделал глоток из остывающей чашки.

Услышанное нуждалось в длительном обдумывании. Вот только… есть ли у меня время? Наши отношения с Фурсовыми приняли весьма своеобразную форму. Враги, вынужденные плыть в одной лодке. Мы готовы перегрызть друг другу глотки в любой момент, но это подорвёт общее благоденствие.

— Мне нужно подумать, — беру себя в руки и отгоняю нахлынувшую панику. — Такие решения не принимаются быстро.

— Ожидаемо, — вздохнула блондинка. — Вот.

Передо мной на стол легла визитка с телефонным номером.

— Постарайся принять решение в ближайшую неделю, — попросила Варя. — Я догадываюсь, что нужно твоим людям. Подозреваю, что ты не сможешь с ними расплатиться до первого транша. Не удивлюсь, если они прямо сейчас пакуют чемоданы и раздумывают, не рвануть ли к другим Вратам, пока не поздно.

Бьёрг разговаривала со мной очень натянуто.

И я понимаю, что в словах Фурсовой есть рациональное зерно.

— Я позвоню.

Засунув в меню пятирублёвую купюру, я встал и ушёл, не прощаясь.

Вернувшись в кампус, я первым делом распаковал вещи, разложил всё по полочкам и ящичкам, затем переоделся в шорты и футболку, избавившись от осточертевшей рясы. Принял душ и почувствовал себя человеком. Застелил постель. И в полной мере оценил значение фразы «ужин отдай врагу».

А всё потому, что не было никакого ужина.

Я настолько замотался, что не заскочил в магазин и не прикупил хоть каких-то припасов на вечер. Вот мог бы заказать в кафешке хоть что-то к жасминовому чаю, но нет!

Фурсова…

Выбила меня из колеи.

Мой сосед уселся в позе лотоса на террасе и выпал из реальности. Похоже, комары не могли поколебать решимость Вейцера — он восстанавливался после дневных приключений.

Что остаётся мне?

В любой непонятной ситуации читай Кодекс!

Я устроился за письменным столом, включил лампу и раскрыл увесистый томик в кожаном переплёте. Пролистал оглавление, пробежался глазами по предисловию. И понял, что некогда простейший свод правил разросся до невообразимых размеров и сейчас представляет собой полноценный сборник законов, установленных мойрами и Супремой. Авторы предисловия уверяли, что впервые Кодекс начал разрабатываться чуть ли не Великим Чертёжником, но установить его авторство доподлинно не удаётся. Во главу угла был поставлен Закон Меча. Однако, с течением времени, потребовалось расширить понимание этого Закона, регламентировать жизнь самих инквизиторов и разобраться с другими спорными моментами. Первая редакция Кодекса была принята протоинквизитором Петром и утверждена отцами Супремы с высочайшего одобрения Кормчих. Впоследствии свод правил неоднократно уточнялся и переделывался. Сейчас, например, используется десятая редакция.

Кодекс условно делился на шесть разделов: Закон Меча, Закон Щита, Закон Дара, Закон Культуры, Закон Науки и Закон Наследия. Первый раздел был посвящён оружию, находящемуся под запретом на всей территории планеты. Второй Раздел регламентировал деятельность самих инквизиторов и фактически являлся внутренним уставом. Закон Дара описывал сверхспособности, применение которых жёстко контролировалось. С Культурой всё понятно — индекс запрещённых книг, цензура в СМИ, находящиеся в закрытом доступе произведения искусства. В Науке описывались не только запретные области познания, но и целые направления грядущих исследований. Что касается Закона Наследия, то здесь упоминались артефакты Предтеч, изъятые из обращения, регламентировались свойства артефактов, подлежащих изъятию, а также правила внедрения артефакторики в социум.