Книга Семинарист, страница 60 – Ян Бадевский

— Рубит, — коротко ответил я.

— И колет, — зловеще ухмыльнулся инквизитор. — Причём под любыми углами. Пробивает кольчуги и латы, отсекает конечности.

— Я думал, им викинги махали.

— Германские племена, — согласился Бронислав. — Но распространился он почему-то из Британии.

— Да пофиг.

— Готов?

— Думаю, да.

Бронислав резко прыгнул вперёд, нанося колющий в горло. Я уклонился и рубанул по ноге противника, но деревяшка вспорола воздух.

— Неплохо, — оценил наставник.

В следующем раунде он попытался ударить меня в предплечье. Я убрал руку и наметил встречный удар, а потом пригнулся и обозначил укол в бедро. Вот только инквизитор вновь оказался быстрее.

— Ускоримся?

Пожимаю плечами.

Особого приглашения Брониславу не требовалось. Он сразу попытался заблокировать мою неумело опущенную вниз руку и нанёс два быстрых удара в корпус.

— Не держи руки у пояса, сынок.

— Хорошо.

— Работай на уровне плеч.

— Понял.

Я вновь совершил досадную ошибку и был награждён ощутимым ударом по пальцам. Вслед за этим последовали молниеносные уколы в живот и грудь.

— Попробуем настоящими? — предложил я.

— Будет больно, — предупредил инквизитор.

— А вы сдерживайтесь, отец Бронислав.

Каратель посмотрел на меня, как на идиота.

Он повёлся.

Мы отбросили макеты и достали свои саксы.

— Я не буду применять весь функционал, — сжалился Бронислав.

— Ага, спасибо.

Конечно, я заметил неуместное в тренировочной комнате зеркало. Большое, прямоугольное. Уверен, это замаскированный экран. В скрытой комнате сидит наблюдатель и следит за боем через стекло с односторонней прозрачностью. Меня захотели всесторонне исследовать. Ну-ну.

Взяв настоящий сакс, я тут же поднял локти и сменил стойку.

Бронислав немного потанцевал, а потом рубанул наотмашь по моей ноге, делая отвлекающее движение второй рукой. Я сменил ноги, шагнул вперёд, блокируя кисть противника, и повёл нож к голове оппонента. Обычный человек был бы уже мёртв, но Бронислав нырнул вниз, быстро сменил стойку и чуть не дотянулся до моей шеи. Отклонившись в последний момент, я сместился вправо и попытался ткнуть инквизитора в бок, но тот очень быстро отпрыгнул.

— Ты что, притворялся? — вырвалось у Бронислава.

— Разминался.

Инквизитор нахмурился.

И пошёл в атаку.

На сей раз мой наставник действовал коварно — с перехватами и переводами клинка через предплечье. Есть такой коварный приёмчик: нож упирается обухом в свободную руку, переводится на обратный хват, после чего наносится молниеносный рубящий удар. Как правило, боковой. Насмотрелся я в портовых тавернах на таких умельцев ещё в прошлой жизни. Правда, в отличие от них, Бронислав владел саксом виртуозно.

Мы начали танцевать, держа саксы на уровне плеч.

Клинки постоянно двигались, руки делали отвлекающие движения, блоки и уклонения чередовались с умопомрачительной скоростью.

Бронислав начал работать в полную силу.

Дважды я был на грани того, чтобы пропустить удар, карателю не хватило доли секунды. Теперь он атаковал на всех уровнях, подключая все известные системы боя. Мы расходились и сходились, ставили блоки, переводили и перехватывали ножи, рубили и кололи. Примерно на четвёртой минуте спарринга Бронислав обозначил укол мне в шею. Я опустил глаза вниз и похлопал клинком по животу учителя.