Книга Инквизитор, страница 7 – Ян Бадевский

— И что вы предлагаете? — уточнил Бронислав.

— Я здесь из-за вас, — капитан сжал зубы. — Но и вы не можете разобраться в ситуации. Патовое положение, не находите? Нам не повезло, столкнулись с неизвестными формами жизни. Возможно, сверхсложные Разломы. Застава обречена.

— И ваше руководство устроит такой ответ? — хмыкнул Валерий.

— Не факт, — сдулся Шмидт. — Но я, как человек, несущий ответственность за экипаж и саму Крепость, вынужден думать о безопасности.

— Правильный подход, — согласился Бронислав. — Но миссия не завершена.

— Боюсь, капитан прав.

Все повернули головы в мою сторону.

— Объяснись, Рост, — нахмурился Олаф.

— Нет никакого смысла исследовать заставу, — сказал я. — Всё, что можно было там увидеть, я увидел.

— Даже так? — Бронислав наградил меня тяжёлым взглядом. — Будь добр, поделись своими наблюдениями.

— В Термонде побывала иная форма жизни, — я осторожно подбирал слова, чтобы не сболтнуть лишнего. — Это выглядело как… ожившая тьма. Брат Валерий, у меня есть образ. Перебросьте его, пожалуйста, всем присутствующим.

Я снял блоки и выставил на поверхность сюжет, добытый с помощью ретроскопа.

Валерий получил послание и переправил его остальным.

Несколько минут в кают-компании царила абсолютная тишина. Инквизиторы и представители Евроблока переваривали то, что я им показал.

— Это чудовищно, — выдавил капитан Шмидт.

— Как с этим бороться? — вырвалось у Айминь.

— Почему ты решил, что ОНО живое? — задал логичный вопрос Бронислав.

— Оно живое, — ответил вместо меня Клавдий. — Думаю, все это почувствовали.

Народ начал переглядываться и обмениваться короткими фразами.

И лишь Бронислав неотрывно смотрел на меня. Что-то хотел сказать, но сдерживался. Я понял, что у нас впереди — трудный разговор. Потому что наставник хочет узнать о вещах, которые потом будут засекречены Супремой.

— Биологического материала там не осталось, — добавил я. — И я не верю, что обитатели заставы успели сделать какие-то записи.

— Могли сохраниться видеозаписи, — возразила Асаби. — Там есть камеры?

— Есть, — ответил Шмидт. — И мы даже успели их просмотреть, прежде чем… на нас обрушилась первая волна.

— И что там? — Бронислав отвлёкся от меня и наклонился вперёд. — Говорите.

— А ничего, — пожал плечами капитан. — Обычная жизнь, потом — тьма. Двенадцать часов тьмы. Камеры записывали эту хрень, но я смотрел на перемотке. Очень информативно.

— Что скажет ваш ясновидящий? — продолжал напирать Бронислав.

Джошуа был пожилым, ничем не примечательным мужичком, смахивающим на ростовщика или торговца древностями. Лысоватый, немного сутулый. Но — гладко выбритый и опрятно одетый.

— Ничего нового. Предметы, которыми пользовались колонисты, обезличены. Я пытался уловить эманации. Работал с приборами, личными вещами, оружием. Бесполезно. Я вообще не понимаю, как вы ухитрились добыть эти образы.

— Они вели журнал? — Бронислав всё ещё не мог поверить, что наш поход так бесславно завершается. — Дневники? Лабораторные записи?

— Всё есть, — подтвердил Шмидт. — Но приход тьмы там не отображён. Да вы и сами всё видели, отец Бронислав. Поверьте, я ничего не утаил.

— Охотно верю, — взгляд наставника промораживал насквозь. — Если бы не верил, сейчас мы бы по-другому разговаривали. Так сказать, с пристрастием.