Книга Архимаг, страница 37 – Ян Бадевский

В голосе бывшего инквизитора послышалась угроза.

— Это в какие? — невинно осведомился каратель. — В твои отношения с Администратором? Так ведь и нет больше отношений, отче. Администратор использовал свои инструменты, открыл Врата и выбросил вас на помойку. Сейчас каждый сам за себя, разве нет?

— Даже если и так, — сухо произнёс Консультант, — у меня хватит сил, чтобы стереть тебя в порошок.

Ростислав покачал головой:

— Две ошибки. Во-первых, нет. Сил не хватит. А во-вторых, если у нас имеется твоё досье, преподобный, то и у Чертёжника оно имеется. На тебя он повлиять не может, но вот твои близкие, управляющие компаний, финансисты… Там будут твориться нехорошие вещи.

Симеон твёрдо посмотрел в глаза Паладину.

— Угрожаешь.

— Агрессивно веду переговоры, — уточнил человек в графитовой рясе. — Сейчас я скажу одну вещь, а ты постарайся её понять. Земле угрожает опасность. Не только Земле, но и самим Предтечам, если уж на то пошло. И мне нужно быть в Пустоши, чтобы остановить беду. Вместо этого я вынужден тратить время на тех, кто создаёт здесь проблемы. Ты сейчас можешь уйти, но знай: спустя несколько месяцев, а может быть лет, через Врата на Землю проникнет тварь, которая полностью уничтожит нашу цивилизацию. И только мойры сейчас делают хоть что-то, а ты и понятия не имеешь об угрозе. Отойди в сторону и не мешай. А лучше помоги.

Консультант некоторое время пристально смотрел на собеседника, пытаясь угадать, правду ли тот говорит. К однозначным выводам бывший инквизитор так и не пришёл.

— Не думаю, что тебе можно верить.

Ростислав пожал плечами:

— Не верь. А только знаешь что? У нас сейчас осадное положение. Идёт открытая война с отступниками. И если я захочу сдать тебя экзекуторам, меня ничто не остановит. Просто потому, что началась борьба за выживание. Но я так не хочу. Я поговорил с Ивановым, и он считает, что мужик ты неглупый. Сделаешь сейчас правильный выбор — спасёшь всех. Не только избавишь своих людей от редактирования, но и положишь конец этому сумасшествию, которое запустили тронутые.

Прозвучало двусмысленно.

— Что тебе нужно? — прямо спросил Консультант.

— Имена, — последовал спокойный ответ. — Я хочу добраться до всех, кто причастен.

— Не думаю, что ты сможешь.

— А ты не утруждай себя размышлениями, — хмыкнул Ростислав. — Прими это к сведению — и всё. Сдай всех, с кем работал. Покажи их заводы и базы. Я знаю, тебя приглашали.

— Ты не понимаешь, — покачал головой Консультант. — У меня есть репутация.

— Да ладно, — не выдержал Ростислав. — Мы все стоим на краю пропасти, а ты мне говоришь о репутации? Знаешь, какая репутация у покойников? Нулевая.

— Я хочу увидеть доказательства, — перебил Консультант.

— Как скажешь. Сегодня ночью можем встретиться в конструкте, его уже создали специально для нас. И там я покажу тебе… некоторые свои воспоминания. Решение можешь принять после этого.

* * *

— Думаю, он знает не всё, — сказал Бронислав.

Мы сидели на одной из квартир Ордена в трёхстах километрах от Турова. Собралась вся команда отца Бронислава: Дин Айминь, Асаби, Валерий, Олаф и Клавдий. Здесь же присутствовал Вжух, который неожиданно для всех принял облик енота. Большого, грозного и мощного енота, способного свернуть шею кому угодно.

Позади остались обсуждения списков лиц, подлежащих задержке и ликвидации, расстановка приоритетов, распределение задач. Консультант связался со мной быстрее, чем рассчитывал Бронислав, так что я выиграл пари — учителю пришлось кормить Вжуха роллами за свой счёт. Бывший инквизитор, отец Симеон, погрузился в конструкт, который мы разработали специально для него, изучил мои воспоминания по Живому Хаосу и окончательно удостоверился в их подлинности. Было принято соломоново решение — пригласить на следующую встречу тех, кто прислушивался к мнению Консультанта в прошлом. Благодаря Симеону мы выяснились, что среди тронутых есть колеблющиеся. Двое из бывших помощников Администратора не вступили в конфликт с мойрами. По мнению Консультанта эти одарённые занимают выжидательную позицию, чтобы в итоге примкнуть к победителям либо остаться в стороне и адаптироваться к последствиям.