Книга Убийца на краю империи, страница 106 – Ян Бадевский

Особое внимание я уделил проспекту Джигурды.

Не знаю, как у вас, а у меня это название вызывает улыбку. Фиг его знает, что за деятель, но прикольно.

Проспект оказался довольно протяжённым — его проложили с севера на юг, от мечети Гейдара до Центрального ботанического сада. Как вы понимаете, водитель Азимова должен был свернуть на восток и углубиться в лабиринт улочек Ичеришехера, чтобы довезти хозяина к пункту назначения. Здесь атаковать смысла не было. Меня интересовал полукилометровый отрезок между Орловской площадью и улицей Бакиханова.

Наблюдая за своим клиентом на протяжении недели, я пришёл к выводу, что он предпочитает ездить на переднем сиденье рядом с водителем. В этом вопросе повезло. А вот в чём не повезло — так это в нереальном трафике вечернего Баку. Проспект заполнялся автомобилями, а в пятницу вечером стоял в пробке. Я не мог бить через лобовое стекло, поскольку мне мешали другие транспортные средства. Да и позиции, подходящей для моих требований, хоть убейте, не обнаружил. Это означало, что от снайперской стрельбы я вынужден отказаться.

Решение обнаружилось на восьмой день.

Азимов каждое утро, выезжая из своего дома, останавливается у одной и той же кофейни, чтобы выпить чашечку крепкого турецкого кофе. Совершив этот ритуал, мужик покупает пачку сигарет «‎Гобустан» и, закурив, садится в машину. Водитель трогается с места, а наш герой выпускает клубы сизого дыма в окно.

Я не могу отравить кофе. Телепат наливает себе напиток из общего с Азимовым кофейника и проводит дегустацию перед тем, как его подопечный приступит к своему ритуалу. Азимов боится отравления. Если с бодигардом ничего не происходит в течение двух-трёх минут, чиновник берёт кофейник и наполняет собственную чашку.

Находиться рядом нельзя — телепат почует угрозу.

Ежели кофе отравить не получается, то что я могу? Отказаться от заказа? Нет, дорогие мои. Встречались в моих прошлых жизнях орешки и покрепче.

Идея явилась ко мне ночью, во сне.

Как и всё гениальное.

Лучший способ угробить курящего человека — вколоть ему в сигарету конскую дозу фентанила. Это мощный анальгетик, который при передозе на раз-два отправит клиента к праотцам. Показан при послеоперационных болях, онкологии, стенокардии и прочих инфарктах миокарда. Прикол в том, что в моём мире такие препараты нельзя купить без рецепта врача. А здесь — пожалуйста, сколько угодно.

Вообще, меня порадовали имперские аптеки.

Заглянув в одно такое местечко я приятно удивился разнообразию веществ, которые можно смешивать в нужных пропорциях и получать более интересные составы.

А тут и смешивать не нужно.

Вы скажете: родной, фентанил вкалывается внутривенно либо внутримышечно. И будете тысячу раз правы. Фиг его знает, почему эта дрянь срабатывает во время затяжки сигаретным дымом. Меня когда-то научили, я попробовал… и, доложу я вам, это тема. Есть даже нарики, которые торчат на этом веществе. Чтобы убить пациента, достаточно оформить передозировку в два миллиграмма. Слышали о рокере Принсе? Да-да, он отбросил коньки от фентанила.

Так вот, с сигаретами и бухлом раствор сочетается изумительно.

…Утро следующего дня прошло в хлопотах. Ночью я пробил колёса рыдвана, на котором хозяин кофейни ездит в старый город. Стащил из машины ключи от заведения, добрался в Ичери-Шехера на такси и навёл небольшой марафет в сигаретном лотке. Вычистил весь запас «‎Гобустана» и оставил одну-единственную пачку, обработанную мной накануне. Я. между прочим, целый вечер убил, прокалывая стеклянным шприцем фильтры и впрыскивая вещество в табачные столбики. До этого я наблюдал за лавкой в течение трёх дней и убедился в том, что Азимов — первый клиент кофейни. Фишка в том, что жители Баку, как и их собратья в Фазисе, очень не любят просыпаться раньше десяти утра. Чиновник губернаторского дворца — единственное исключение из общего правила. Напрашивается разумный вывод: никто, кроме него, не купит отравленный «‎Гобустан». Надеюсь…