Книга Убийца на краю империи, страница 32 – Ян Бадевский

Что ж, поучительно.

Вот только я с подобными вещами сталкивался множество раз. К примеру, если взять рю, в котором мне довелось обучаться лет четыреста назад, там царили схожие порядки. Сокё, он же патриарх школы, требовал безоговорочного подчинения. В рю набирали четырёхлетних детей, осиротевших по каким-либо причинам, растили из них маленьких зверёнышей, а в итоге получали убийц, по щелчку выполняющих любой приказ сокё. И да, прошлая жизнь никого из синоби не интересовала. Были только братья по рю, отец-сокё и долг, гири, который необходимо вернуть любой ценой за науку…

Хватало и других тайных обществ, с которыми я пересекался в своих инкарнациях. Все они были бесчеловечными по своей сути, если измерять категориями обычных людей, но в каждой структуре такого рода присутствует внутренняя логика.

— Фух, грузишь ты сегодня, — Маро вернула старику опустевший армуду. — Пора нам на тренировку. Пока не стемнело.

— Ага, — прокатчик забрал стакан и, нажав какую-то кнопку на подлокотнике, привёл в движение своё кресло.

Я наблюдал, как ветеран задним ходом вкатывается в свою контору, пока меня не тронула за плечо Маро.

— Хватит пялиться.

Действительно, ощущалось приближение сумерек.

Полтора часа мы отрабатывали разные ката и приёмы, перемежали всё это короткими спаррингами, практически не общаясь. Сначала в программе были танто, затем вакидзаси, а завершился этот чудесный вечер тренировочным боем с двумя клинками.

Я хорошо помнил былые навыки, но по-прежнему отставал от бессмертной в скорости, силе и отточенности движений. Меня подводила физическая подготовка носителя. А хуже всего было понимание одного простого факта: бесы, тренирующиеся столетиями, закатают меня под асфальт в честном поединке. Весь мой тысячелетний опыт отправится коту под хвост, если я встречусь в бою с кем-то наподобие Маро. Быть может, со временем мне удастся сократить это отставание, но здесь, в реальности одарённых, всегда будет кто-то сильнее.

Какой вывод?

Я уже давно не гладиатор. Моя профессия не связана с ареной, турнирами и прочей пафосной ерундой. Поэтому я нападаю в темноте, отстреливаю с крыш, убиваю в лифтах, подъездах и парках. Взрываю машины, квартиры, дома и офисы. Подстраиваю аварии, подмешиваю яды в напитки…

Боец невидимого фронта.

Сидя в капсуле, проплывающей над горными склонами, я ещё раз хорошенько продумал выбор оружия. Быть может, я погорячился с ТТ. Пистолет хороший, убойный, но всякий раз бросать его на месте преступления… Замучаешься с Фёдором пружинки и прочие стволы с ударниками призывать. Я уж молчу про то, что ствол в коробке болтается на тоненьком шарнире, который быстро ломается при установке глушителя. Гильзы вечно застревают, приходится шлифовать пандус. Получается, оружие на один-два выстрела. Собственно, раньше мне этого хватало. Одну пулю загоняешь в сердце, вторую — в голову. Пушку бросаешь, новую берёшь за копейки.

Здесь — иное.

То, что мальчишка будет собирать по моим заказам… придётся беречь. И, желательно, оставлять после себя минимум следов в виде разбросанных по полу гильз. Тут сразу напрашивается револьвер с интегрированным глушителем. Для быстрой перезарядки можно собрать спидлоадер. Если брать те же наганы, то они семизарядные. Гильзы не расшвыривают, служат долго, безотказные штуки. Правда, любой инквизитор догадается по отчёту полиции, что речь идёт об огнестрельном оружии, но я морально настроился на то, что однажды моей персоной займутся вплотную. В прошлом такое уже случалось, опыт залегания на дно у меня приличный.