Книга Синдикаты на краю империи, страница 145 – Ян Бадевский

— Треть жизни, — рассказывал старик, — телепат тратит на то, чтобы избавиться от головных болей и фонового шума от чужих ментальных потоков. Развивает концентрацию. Вырабатывает туннельное восприятие.

— Это ещё что? — спросил я.

— Умение выдернуть из общего фона и «вести» нужного человека, — пояснил Николай Филиппович. — Поначалу требуется зрительный контакт, но потом телепат настраивается на твою волну и считывает информацию на расстоянии.

— Я почувствую вторжение?

— Не обязательно. Всё зависит от ранга одарённого. Пробуждённые вообще так не умеют, продвинутых ты поймаешь за руку. Это как постоянное присутствие рядом. Допустим, ты сидишь один в комнате, но кажется, что за тобой наблюдают. Зачастую продвинутые выдают себя этим, поскольку ваши эмпатические волны соприкасаются. А вот высшие… Они неуловимы. И блоки умеют ломать. Страшные люди, но их мало и не факт, что ты встретишь такого типа на своём пути.

— А есть у них ограничения? Расход ки, дистанция…

— Выше ранг — меньше ограничений. Продвинутые постоянно возобновляют запас ки, высшие не скованы ничем. Третий ранг может сидеть в другом полушарии, прослушивать тебя, а ты и не заметишь.

— Артефактами можно защититься?

— Редкими и не продающимися на каждом углу, — последовал ответ. — По-моему, у инквизиторов есть технологии, замешанные на каббалистике, но они не распространяются.

— Я могу противостоять высшим?

— Потребуются годы практики. Но да, сможешь.

Идея сводилась к тому, чтобы контролировать эмоции и маскировать истинные помыслы хаотичным бредом. Но это лишь начальный уровень. База для пробуждённых. Дальше — генерация мнимых образов, теория белого шума и жёсткая самодисциплина. Вершина — конструирование мыслеблоков.

— Это мнимый образ, который привлекает внимание атакующего, — объяснил Николай Филиппович. — Накачиваешь мыслеблок энергией — и он генерирует помехи. Собственно, помехи и мешают влезть в твой мозг извне.

— А так можно?

— Да. Схожей техникой пользуются морфисты, когда прикрывают своих клиентов во сне.

Первая тренировка меня изрядно вымотала. В медитативном состоянии я могу убирать мысли и ни о чём не думать, но фокус в том, чтобы думать и маскировать. Контролировать эмоции я умею, но не идеально. Опытный эмпат вычленяет из приглушённого фона характерные эманации и быстро их интерпретирует.

— Никаких эмоций, — говорил старик, прохаживаясь вокруг меня. Сидел я на небольшом коврике посреди комнаты. Прямо на керамических плитах. — В ноль.

Я попытался вообразить себя на горной вершине, представил вьюжную круговерть и убрал из головы всё лишнее. Минут через пять старик выдал:

— Очень хорошо. У тебя таракан на голове.

— Что? — я провёл ладонью по волосам, и атмосфера распалась на фрагменты. — Какой ещё таракан?

— Всплеск, — констатировал мой наставник. — Возмущение, брезгливость, капелька адреналина.

— Вы специально?

— Разумеется. В реальной жизни мы постоянно встречаемся с проблемами, стрессами, нерешёнными задачами. Неприятными сюрпризами. Этого не избежать. И твои реакции будут отслеживаться.

— Пример?

— Деловые переговоры. Два купца намерены заключить сделку, но один не доверяет другому. Поэтому забрасывает в диалог крючочки-триггеры, а нанятый эмпат изучает партнёра. Какова реакция на тот или иной пункт договора? Что будет, если поднять тему долговых обязательств? А такая ли прозрачная у партнёра бухгалтерия, как он пытается показать? Много нюансов.