Книга Отступник на краю империи, страница 51 – Ян Бадевский

Святоши укомплектовали папку всем, до чего смогли дотянуться. Копия свидетельства о рождении, сертификат об одарённости, заявление в гимназию, выписка из карты губернского целителя, справка о прикреплении меня к ПСП, всевозможные запросы и официальные ответы, заверенные печатями. Плюс моя подробная биография. И характеристика от директора Андерсона. И пометка о том, что в ПСП я не появляюсь с такого-то числа. И ещё много всякого-разного.

Я, разумеется, начал с биографии. Там везде стояли пометки в духе «см. прил. 1» или «квитанция прилагается». У инквизиторов было всё, включая табель с моими оценками, краткие характеристики от отдельных педагогов, отчёты о проведённых на арене поединках, запросы в полицию, сведения о приводах. И даже отметка о наличии счёта в банке Ганзы. Сказать, что досье было подробным — это ничего не сказать.

Родился мой носитель не в Фазисе, как следовало ожидать. Моя родина, чтоб вы понимали, находится за Уралом, это крохотный городок с названием, которое мне ничего не говорит. Сергей Иванов — бастард, от которого отец открестился почти сразу же. Мать получила компенсационные выплаты, такое в РИ бывает часто, и по договорённости вынуждена была переехать в Фазис. Здесь мы прожили пять лет на съёмной квартире, а потом мама исчезла. Полиция провела расследование, но не смогла найти женщину. Меня передали временному опекуну, который зарабатывал на государственных пособиях. В Фазисе вы не встретите ни одного интерната. Дети воспитываются родственниками или такими вот опекунами, которые нередко набирают себе по пять-шесть ребятишек и жируют за их счёт. Если кто-то сбежал или был похищен, он становится беспризорником и приписывается к одному из находящихся поблизости ПСП. Это мне рассказала Джан, когда я выбрался на кухню за чаем.

Исходя из отчётов полиции, я сбежал.

Дальше — веселее.

Несколько месяцев я скитался по городу, затем меня выловили в ходе плановой операции по борьбе с бродяжничеством и передали в ведомство ПСП. Ещё через полгода туда заявился контролёр из Дома Эфы, в обязанности которого входило обнаружение потенциальных одарённых. Мониторинг затрагивает школы, детские сады, ПСП и опекунские ячейки. У контролёров свои методы вычисления носителей Дара, о которых они не распространяются. И да, как только ребёнок становится претендентом, ему автоматически выдают жетон самостоятельности. Вот только меня ещё обязали отучиться положенные девять лет в базовой школе для простолюдинов, а затем перевели в гимназию Эфы.

Наверное, таких судеб в империи пруд пруди.

Вот только в моём случае были нюансы.

Во-первых, контролёр выявил предрасположенность к… ускорению метаболизма. Аномальному ускорению, как отмечено в досье. То бишь, после перехода из нулевого ранга в первый я мог стать сверхбойцом, организм которого не изнашивается. Вероятность рождения такого ребёнка даже среди аристократов… крайне низкая. Запредельно низкая. Во-вторых, я не использовал свой потенциал, а вместо этого обрёл совершенно неожиданный Дар, аналогов которому не было как в РИ, так и в других странах. Возможно, я уникален, но это не точно.

Третий пункт…

Ну, это вишенка на торте.

В документах ведь было указано, кто мой отец.

Князья Апраксины примкнули к Дому Медведя почти столетие назад. Они здорово поднялись. Не до самой верхушки, конечно, но почти. Родовая способность, как легко предположить, связана с ускорением метаболизма. Действующий глава Рода, Дмитрий Апраксин, достиг максимального третьего ранга и входил в число немногих мет, обошедших биологические ограничения по износу тела. Таких людей в империи можно пересчитать по пальцам одной руки.