Книга Великие Дома Империи, страница 122 – Ян Бадевский

— Это всё?

— Да.

— Кто передал тебе это задание?

— Братишка, отпусти, а? Я ничего не знаю!

— Ответь на поставленный вопрос.

— Ко мне подходят разные люди. Сегодня это была женщина лет тридцати. Похожа на китаянку, но это не точно. Вроде бы, смесь.

— Но тебе ведь должны были передать кое-что. Ты опять встретишься с этой женщиной?

— Да.

— Где?

— Станция «Пищевой комбинат». Не сама станция, надо отойти немного, там будет заброшка на пустыре. Неподалёку от магазина стройматериалов.

— Продолжай.

— Иногда я там оставляю конверты, чаще — встречаюсь с кем-нибудь. Бывает, забираю посылки или пакеты и тоже передаю кому-то, — паренёк говорил сбивчиво. Он изо всех сил старался быть полезным. — Не всегда Черепахе. Разным людям.

— Я тебя понял. Сегодня тебе надо что-то передать?

— Конечно. Послание от Черепахи. Но я не знаю, что это. Ты меня вырубил на станции, а она не пришла. У нас мало времени, мы опаздываем на десять минут.

— Точное время встречи.

— Половина двенадцатого.

Прикидываю расстояние и количество станций. В теории, я должен успеть. Схемы Тенгфея расписаны поминутно, но я уже в потоке. Остаётся дойти до конца и разобраться с этим пауком.

— Как выглядит связной?

— Я не знаю! — почти взмолился паренёк. — Говорю же, люди меняются.

— Но вы должны как-то распознавать друг друга, — резонно заметил я. — Вдруг там бомж решил газетку почитать? Или алкаш с бутылкой прикорнул?

— Шутишь, — хмыкает паренёк. — Мне выдали часы.

— Показывай.

Парень сдвинул рукав куртки, и я увидел на его запястье механические часы с необычным, ярко-оранжевым ремешком.

— И что? — не дорубил я.

— Циферблат светится, когда рядом стоит один из нас.

— Дистанция?

— Пять метров.

— Сними их.

Парень подчинился.

— А теперь, — я убрал нож и ткнул посредника в болевую точку, — пора спать.

* * *

Промзона Фазиса располагалась западнее, и пищевой комбинат в Пригорье смотрелся неуместно. Здесь перерабатывались фрукты и овощи, закатывалось в банки варенье, разливались соки и компоты. Не такое уж и вредное производство, если вдуматься.

Спящий посредник отправился в Альпику, а я сошёл на платформу небольшой обшарпанной станции. Несмолкаемый шум дождя стал уже привычной частью моей жизни.

Заброшка на пустыре оказалась недостроенным пятиэтажным домом. В котором, как я подозреваю должны были поселиться рабочие комбината.

Когда я шёл по каменистой поверхности, усеянной кусками кирпича, арматурой и прочей дрянью, то внимательно смотрел под ноги. Грязь, мусор, запустение.

Шагнув в проём на первом этаже, я достал из кармана часы с оранжевым ремешком.

Циферблат светился.

Убрав часы, я перебросил трость в левую руку. И почти не удивился, когда из тени выступила фигура в длинной болоньевой куртке.

Мужская фигура.

— Слушаю, — холодно произнёс связной.

Вместо ответа я шагнул вперёд и с ноги пробил собеседнику в грудину. Ох, не зря я каждый день околачиваю груши в личном спортзале! Дело нудное, но плоды приносящее. Мужика снесло на пару метров назад и впечатало в груду полусгнивших фанерных ящиков. Раздался адский грохот, сопровождаемый треском ломающихся деревяшек. Связной попробовал восстановить равновесие, но у него не прокатило. Я ведь рядом. Заботливо оформляю удар локтем в челюсть, после чего вынимаю меч.