Книга Великие Дома Империи, страница 56 – Ян Бадевский

Двести тысяч задатка придётся выложить сразу — таковы условия контракта.

— Они ждут твоего решения, — добавила Джан. — Через пару дней мы получим окончательную смету, и Плотниковы будут готовы к началу строительных работ.

— Хорошо, — сдался я. — Утверждай.

— Ты всё подпишешь?

— Без вариантов.

Если уж делать что-то… пусть это будет на совесть. Фазис кишит мошенниками всех мастей, и отыскать надёжного застройщика — тот ещё квест. Я здесь полгода живу и уже наслышан про долгострои, замороженные объекты и обманутых дольщиков.

— Кстати, — Джан вспомнила ещё одну вещь. — Звонили из военной части, не помню, как она называется. Спрашивали, когда привозить меха.

Я вспомнил, что две машины ждут своего часа. И если трофейный шагатель Маро может постоять, то испытывать терпение Трубецких не стоит. Раз уж отжал что-то ценное — забирай, пока дают.

— Бродяга, — позвал я.

— Да, Сергей.

Голос домоморфа как всегда был ровным и бесстрастным.

Стабильность.

— Ты можешь расширить гараж, чтобы разместить ещё одного механикуса?

— Могу, — ответил домоморф. — Но только за счёт жилого пространства. Напоминаю, что у меня ограниченное количество протоматерии.

Грёбаная протоматерия.

Я почти ничего не знаю об этой субстанции, а ведь она тесно связана с ки. В учебниках криптоистории сказано, что Предтечи использовали в быту именно протоматерию, но со временем эта хрень эволюционировала в ки. Существовала и другая научная гипотеза, согласно которой протоматерия — это более высокая форма ки. А мы просто не доросли до её освоения.

Так или иначе, домоморф генерировал некие поля, удерживающие эту ересь от распада. И собирал из протоматерии буквально всё, что нас окружало. Минус в том, что предметы, созданные Бродягой, распадались за его пределами. То есть, за стенами нашего жилища. А ещё, насколько я понял, Бродяга имел ограниченный запас этой ценной субстанции.

Честно говоря, «протоматерия» — даже близко не энергия.

Если верить названию.

Но сейчас важнее другое.

— И что придётся подвинуть? — осторожно уточнил я.

— Холл, — не раздумывая, начал резать по живому Бродяга. — Часть кухни. А вообще, рекомендую полностью убрать обеденный зал.

— У нас есть обеденный зал? — я удивлённо воззрился на морфистку.

— Ээээ… — девушка смущённо прикусила губу. — Федя предложил, я согласилась.

— Чем плохая идея? — вскинулся толстяк.

— Мы подумали, — торопливо заговорила Джан, — что надо соответствовать. У нас тут как бы аристократическая усадьба. Фамильный особняк и всё такое. Уважающий себя Род должен иметь обеденный зал для приёма гостей и торжественных званых обедов.

— Всё, как у людей, — важно добавил Федя.

— Так, я ничего не имею против банкетов и обеденного зала, — поспешил я успокоить своих соседей, — но сейчас мы столкнулись с проблемой. Надо впихнуть невпихуемое. То есть, выкроить место под парочку мехов.

— Эх, — лицо Феди стало грустным. — А я знаете что скажу? Обеденный зал — сердце усадьбы.

— Хорошо сказал, — одобрила девушка.

Я закатил глаза.

И отдал непопулярный приказ:

— Бродяга, убирай нафиг столовую.

* * *

Я, разумеется, не забыл про своё обещание записать Федю в школу Макаренко. Вот только с администрацией школы договориться получилось не сразу. Проблема в том, что с клановыми аристо там не работали. Для детей из благородных фамилий Дома Эфы предназначена гимназия — это первое, что я услышал. И дело не в каких-то предубеждениях. Просто ни один клан не потерпит попытки «перехватывать» у него одарённых детей.