Книга Род на краю империи, страница 106 – Ян Бадевский

— Я иду на риск, совершая эту сделку, — покачал головой Убыток. — Вдруг через семь лет земля там будет стоить как в центре Неваполиса? Слышал, проект дополнительной линии канатки уже разрабатывается. Да и санаториев рядом много… Девятьсот двадцать.

— Сейсмическая активность, — на моём лице появляется скорбное выражение. — Селевые потоки. Лавины. Опасностей хватает, между прочим. И до моря далековато. А я люблю на пляже загорать. Что ж, уговорили на девятьсот.

Убыток расхохотался.

И от переизбытка чувств перешёл на «ты»:

— Хорошо торгуешься, брат. По рукам. Девятьсот — нормальная цена. Оставь свой телефон, пусть наши представители разберутся с бумажками.

— Приятно иметь с вами дело, — пожимаю протянутую руку.

— Не спеши, — глаза Тариэла сузились. — У нас есть ещё один вопрос, который надо бы перетереть.

— Хасан, — догадался я.

— Он самый, — Убыток отнял руку и уставился на меня немигающим взглядом. — Это мой человек, он выполнял важную работу в синдикате.

— А теперь он занимается любимым делом, — заметил я.

— Правда? И каким же?

— Учит моих пилотов. Хасан Кайя — первоклассный инструктор.

— И ты его не отдашь.

Качаю головой:

— При всём уважении… нет.

— Я так и думал, — вздохнул авторитет. — И ты знаешь, что я не пойду с тобой воевать, верно?

— Знаю. Но со стороны мои действия могут показаться непорядочными, поэтому я готов выплатить отступной. Чтобы у родственников Хасана не было проблем в будущем.

— Похвальное решение, — с одобрением произнёс Убыток. — Но он сам так захотел. Я уважаю Хасана не меньше твоего. И никаких отступных брать не буду. Считай это моим подарком.

— Благодарю, — я поднялся со своего места. — Очень приятно было с вами познакомиться. И прийти к взаимопониманию по всем пунктам.

— Далеко пойдёшь, — проскрипел Иосилиани.

Когда я начал спускаться с террасы, в спину мне донеслось:

— Жаль, что так получилось с Гамовым. Думал, вы сработаетесь.

Гореть в машине — то ещё развлечение.

Поначалу страшно, затем привыкаешь. Правда, вшитые цепочки начинают тянуть энергию, но это такая мелочь! Зато какое зрелище…

Жидкие языки пламени вылизывают корпус, растекаются по стёклам, норовят ослепить и поджарить. Хорошо, что есть знаки и артефакторика. Ну, и тонировка, куда ж без неё.

Я всё же надел солнцезащитные очки, а то глаза начали слезиться.

Ольга последовала моему примеру.

— И надолго нас хватит? — поинтересовался я, засекая время с момента атаки.

— Надолго, — заверила Ольга и утопила педаль газа в пол. — Но проверять не хочется.

«Танк» выехал из зоны поражения и помчался в сторону одинокого прохожего, перегородившего выезд из тупика.

— Дави подонка! — подбодрил я.

Тип, пытавшийся спалить мою навороченную тачку, не растерялся и в последний момент отступил, прижимаясь к стене.

— Стоп, — приказал я.

Ольга, даже если и была не согласна, привыкла выполнять приказы. Резко ударив по тормозам, остановилась напротив пирокинетика. Я открыл дверь и зарядил уроду в челюсть. Закрыл дверь — и вовремя. На «Урал» снова обрушилась волна огня.

Знаки потянули ки из меня и Ольги.

Я врубил непрерывную циркуляцию и отдал следующий приказ:

— Сдай назад.

Телохранительница подчинилась.

Мы отъехали на добрый десяток метров, и я увидел впереди огненный шар. Который быстро схлопнулся, ведь одарённый его не подпитывал.