Книга Род на краю империи, страница 142 – Ян Бадевский

— Моим просвещением, — указываю на личностей, с которыми непринуждённо общалась герцогиня. — Ты ведь знаешь всех этих персонажей? Расскажи мне, кто есть кто.

— Да без проблем, — девушка переключилась на новую тему. — Лысый тип с седой бородой и усами приехал из Турова. Это Владимир Сапега, лидер Дома Рыси. Он бес и правит кланом уже лет семьдесят, не меньше. Женщина в серебристом коктейльном платье — это его старшая жена, Маргарита Сапега-Вержбицкая. Она из влиятельного Рода Вержбицких, очень мощные ясновидцы. Дама помоложе, лет тридцати, с короткой стрижкой под мальчика, это… насколько я помню, Элеонора Лисовская, вторая жена князя. Она боевая морфистка. Говорят, переходить ей дорогу крайне опасно. Шансы умереть во сне многократно увеличиваются.

— Впечатляет, — признал я. — А что скажешь вон про того мужика? Он прямо сейчас направляется к герцогине. Я его видел по телевизору… в новостях, кажется.

Кети хмыкнула:

— Ты настолько не интересуешься внутренней политикой империи?

— У меня и других дел хватает. Поважнее.

Тип, о котором шла речь, был широкоплечим, уверенным в себе и явно привыкшим орудовать мечом. Я за километр разгляжу хорошего мечника, тут и к гадалке не ходи. Борода, длинные усы, короткая стрижка на пробор. И полувоенный френч без знаков различия вместо традиционного смокинга.

— Неуч, — хмыкнула Кети. — Это князь Николай Долгоруков, возглавляет правящий Дом Медведей. Можно сказать, первый человек в империи. До восемьдесят второго года, по крайней мере.

— Что у него за Дар?

— Морфист.

— Даже не бессмертный?

— Редкое явление, — признала Кети. — Впрочем, у князя есть интересное прозвище — Плетельщик Снов. Говорят, он достиг небывалых вершин в искусстве ночного манипулирования. А вот в правящем ядре у Медведей есть бесы, и довольно крепкие. Они безоговорочно поддерживают своего лидера.

Хозяева империи перемещались среди столов и колонн, пили шампанское, здоровались друг с другом, заводили непринуждённые беседы… Всё это смахивало на взаимное опыление. Никто подолгу не задерживался в одном месте и не обсуждал государственные вопросы. Князья и герцоги выглядели расслабленными, вальяжными, уверенными в себе.

Гости продолжали прибывать.

— Григорий Орлов, — Кети указала на молодого парня, возраст которого едва ли достигал двадцати пяти лет. — Выглядит так, потому что бес. Ему уже основательно за четыреста перевалило. Владеет всеми видами оружия, но предпочитает шпагу.

Орлов был высоким, худощавым и длинноногим. У пояса князя я заметил ножны со шпагой. Двигался бес мягко, с обманчивой ленцой, но я не сомневался, что передо мной машина смерти. Лидера сопровождали две девушки, одну из которых Кети представила как графиню Румянцеву, фаворитку из правящего ядра и претендентку на роль третьей жены князя.

— Румянцевы и Орловы готовятся к слиянию, — сообщила Кети. — Не знаю, что им сказали генетики, графиня обладает Даром оружейника… Один из самых спорных альянсов, как по мне. Разве что хотят объединить капиталы и усилить гвардию.

— А Волконские здесь?

— А как же, — усмехнулась ясновидящая. — Видишь мужчину в классическом смокинге с ярко-голубыми глазами? Блондин с маллетом. У него ещё виски выбриты.

— Вижу.

— Это князь Родион Волконский. Криокинетик. Считается сильнейшим на Земле в рамках своего класса.