Книга Пламя у границ империи, страница 49 – Ян Бадевский

Курт сокрушённо махнул рукой.

Халиф внимательно слушал.

— Ты даже не скрываешь, что участвовал в заговоре, соблюдая личные интересы.

— Все их соблюдают, — отрезал морфист. — Дело прошлое. Надо было договариваться, объяснять экономические выгоды, но тебя окружали такие советники… Я трижды напрашивался на аудиенцию, всё без толку.

— Ладно, — сдался Махмуд. — Я тебя услышал. Но ты и меня пойми, брат. В стране инфляция, динар обесценивается, бывшие вилайеты откалываются один за другим. Безработица! И ты хочешь, чтобы я рабочие места не создавал? Консорциум голландский лезет в страну, вытесняет отечественного производителя, да ещё и сторонних специалистов завозит… И не ты один такой умный.

Назар не ответил.

— Давай так, — беглый правитель склонился вперёд и пристально взглянул на морфиста. — Ты меня поддержишь в изгнании. Переубедишь некоторых своих друзей. Это реально, не смотри на меня так. Аль-Фалих к тебе прислушается. Раджаб тоже. И ещё с десяток. Когда наступит удобное время, мы вернёмся в Стамбул. Но соберём для этого крепкое войско. Есть частные армии, за деньги они отправятся хоть на край света.

— Предлагаешь инвестицию, — хмыкнул Курт.

— Конечно. Набросайте ваши хотелки, я их рассмотрю. Всё обсуждаемо. Приду к власти — никого не обижу. И с пошлинами порешаем, и с другими вопросами. В пределах разумного.

— Само собой, — глаза Курта загорелись.

Я понял, что настоящие переговоры начались только сейчас.

— Итак, — халиф отодвинул столовые приборы. — Готов ли ты, Назар Курт, глава древнего морфического Рода, присягнуть мне на верность в изгнании? Поддерживать меня словом и делом? Помочь вернуть власть и снова воцариться в Халифате?

— Готов, — решительно сказал отец Джан.

— Я, в свою очередь, буду защищать интересы твоего Рода, — продолжил Махмуд Шестой, — советоваться с тобой по важным государственным вопросам и устранять препятствия, мешающие тебе вести дела. Ты будешь особой, приближенной ко двору. Если возникнет желание с твоей стороны, сможешь войти в состав кабинета министров. Устраивает ли тебя моё обещание?

— Устраивает, — кивнул Назар.

— Отныне моё покровительство распространяется и на твою семью, — заявил халиф, бросив мимолётный взгляд на Джан, — и на тех, кто может вступить с тобой в союз, а также на твоих вассалов.

— Да будет так, — важно кивнул морфист.

Аристократы перегнулись через стол и пожали друг другу руки.

И вновь приступили к трапезе.

Я не выдержал:

— И всё? Устные договорённости? Никаких контрактов, перстней, гарантий верности?

Турки воззрились на меня с недоумением.

Халиф мягко пояснил:

— Сергей, мы поклялись друг другу в присутствии членов своих семей и другого благородного. Ты — свидетель происходящего. Кроме того, при нарушении клятвы одним из нас, второй может распространить ментальные слепки с этим разговором через сны или телепатов. Это будет абсолютной потерей лица, уничтожением репутации. Поэтому да, нам не требуются никакие контракты.

— А перстень я не получил, потому что не хочу быть чьим-то вассалом, — улыбнулся Курт.

Эх, опять я сел в лужу.

Вещи очевидные, но лишь в рамках этого мира. Сверхспособности, действительно, переводят отношения в среде знатных фамилий на качественно новый уровень. Для меня новый.

— Глупость сморозил, — признал я.