Книга Серп и меч на краю империи, страница 14 – Ян Бадевский

И тут я понял его замысел.

Он загонял меня к краю арены. Ещё пара шагов — и ноги упрутся в каменный парапет.

Значит, пора менять правила.

В следующий момент, когда его клинок опустился, я не стал уворачиваться. Вместо этого резко поднял меч и встретил удар под углом, направляя силу его инерции в сторону. Металл заскрежетал, искры посыпались на песок.

И тогда я контратаковал.

Резкий выпад вперёд, остриё — прямо в живот. Валентин едва успел отклониться, но мой клинок всё же задел его бок, оставив кровавую полосу на белоснежной рубашке.

Толпа ахнула.

Противник стиснул зубы, но не издал ни звука. Вместо этого глаза молодого аристократа вспыхнули яростью, и он снова пошёл в наступление.

Теперь дуэль превратилась в смертельный танец.

Сталь звенела, песок резал лицо, а вокруг нас сгущался запах крови и пыли.

Что ж, мне удалось показать шоу. Несмотря на фехтовальное мастерство Троепольцева, я мог разделаться с ним на четвёртом ударе. Но у меня не было гарантий, что этот ублюдок не пользуется отравленным клинком. А рисковать почём зря не хочется. Даже лёгкая царапина может оказаться фатальной, если я правильно понял намерения тех, кто затеял эту игру. А за молодым Троепольцевым явно стоят недобитые ушлёпки из распавшихся Десяти Родов.

Меч — на обратный хват.

Нижняя стойка, отведённая назад ударная рука.

Валентин, выставив перед собой катану, скользнул по песку, быстро перебирая ногами. Как же задолбали эти японские техники!

Вместо того, чтобы парировать молниеносный диагональный удар сверху, я сместился влево и полоснул врага снизу вверх. Меч прошёлся по рёбрам, разрезая мышцы, сухожилия и кость. Я же, не успокоившись на этом, вывернул кисть и на обратном движении снёс оппоненту голову.

Да, с обычным мечом, пусть идеально наточенным, такой фокус не прокатил бы. Но мой трофейный клинок, доставшийся от Старших Рептилий, мог перерубить что угодно, причём без малейшего напряжения с моей стороны. Остаётся открытым вопрос, почему я не рассёк саму катану. Думаю, непростой меч у моего противника. Что-то родовое, артефактное.

Отступив на пару шагов, я дождался, пока обезглавленное тело рухнет на песок.

Из обрубка хлестала кровь.

Голова Троепольцева мёртвыми глазами уставилась в потолочный свод. В зрачках читалось удивление — парень даже испугаться не успел.

Хватило одного резкого взмаха, чтобы очистить клинок от крови.

И под гробовое молчание зала убрать в трость.

— Дуэль окончена! — объявил Мещерский. — Прошу расходиться, господа!

Коротко кивнув хозяину съезда, я направился к Джан.

Зрители нехотя поднимались, чтобы проследовать к выходу. Некоторые меня поздравляли, но большинство пребывало в шоковом состоянии. Очевидно, Валентин считался здесь первоклассным мечником, и никто не ожидал такого-вот-поворота.

Замысел моих врагов лежал на поверхности.

Не зная ничего о моём прошлом и настоящем, они были уверены, что вся сила наглого выскочки Иванова — в проницаемости. Достаточно организовать дуэль с запретом на применение сверхспособностей, и я в капкане. Опытный мечник порубит идиота-малолетку на куски. А то, что провокация сработает… Ну, как может быть иначе? Я зелёный юнец и обязательно разведусь на простенькую уловку.

Что ж, сегодняшний день для многих станет уроком.