Книга Возвышение на краю империи, страница 114 – Ян Бадевский

— Ну, уж этого не жди, Иванов, — девушка посмотрела на меня испытующе. — И что, просто так возьмёшь и отпустишь электрика? Не попытаешься связать многолетним контрактом?

— Можем заключить на год и продлевать по обоюдному согласию.

— Так не принято. Никто так не делает.

— А мне плевать. Это моё право и моё решение. Если через год захочешь уйти из гвардии Рода Ивановых — я не стану чинить препятствий. Слово аристократа.

Девушка-электрик смотрела на меня недоверчиво.

— И да, можешь уйти из ПСП, — добавил я. — Своих гвардейцев я обеспечиваю приличным жильём.

— Казармой? — скептически уточнила одарённая.

— Есть и казарма. Но ты получишь квартиру в недавно отстроенном доме. Красная Поляна, если слышала о такой.

— Да ты мажор, — Алеся смотрела на меня оценивающе. — Гадство, как ты всего этого добился? Слышала, ты сам из ПСП. А теперь — титул, деньги, возможности.

— Вот здесь главная загвоздка, — усмехнулся я. — Много приходилось убивать.

— Таков путь, да?

— У меня — да.

Было заметно, что наш разговор заставил гимназистку задуматься.

— Знаешь, на меня тут Андерсон давит, — вдруг призналась Алеся. — Говорит, мне одна дорога — в клан. А я не хочу. Смотри, они только недавно с Халифатом воевали в Персии. И такие мясорубки постоянно. Ладно, если ты благородных кровей. Но с нами, простолюдинами… никто особо не церемонится. Расходный материал.

— У них нет рычагов давления, — покачал я головой.

Девушка горько усмехнулась:

— Андерсон говорит, есть. Мол, такую характеристику напишут, что никуда не поступишь и на нормальную работу не устроишься.

— Ты ж вроде с наёмниками планируешь воевать. Полагаешь, там меньше крови, чем в регулярных войсках?

Алеся пожала плечами:

— Я в этом не разбираюсь.

— Вот что, дорогая. Андерсона я беру на себя. У меня есть право на одного выпускника гимназии в год. И я хочу забрать из школы тебя. Это прямая договорённость с кланом. Но и мой Род иногда с кем-то воюет… иногда. Это следует учитывать.

— Слышала, ты заботишься о своих людях.

— Правильно слышала. Так что, идёшь на контракт?

Новацкая колебалась всего несколько секунд.

Потом заявила:

— Идёт. Годичный, с продлением.

Мы пожали друг другу руки.

Других важных дел у меня не было, и я решил побродить немного по Турецкому Кварталу, съесть какую-нибудь жирновредную шаурму, выпить кофе и повалять дурака. Яркое солнце вычерчивало угловатые тени нависающих над тротуарами балконов. Квартал был тихим, уютным, малоэтажным. Преобладали гостиницы, антикварные лавки, всевозможные забегаловки. Всюду — брусчатка и раскидистые деревья. В одном месте рос дуб, которому уже больше ста лет, о чём свидетельствовала медная табличка.

Кварталы не были пешеходными, иногда тут проезжали машины, но очень медленно и по одной. Уж больно узкими и неудобными для проезда создали эти улочки. От каждого камня или резной двери веяло стариной, а на подоконниках и заборах жмурились от удовольствия раскормленные коты.

В общем, я припарковался на Площади Безымянного Героя, а уже оттуда двинулся пешком, глазея на выставленный в витринах товар, держась солнечных сторон улиц и время от времени задерживаясь возле шаурмичных и кофеен. Но, как водится в таких ситуациях, спокойно расслабиться мне не дали. Когда я пил кофе за столиком на углу безлюдной улочки возле цветочной лавки, со мной связалась Ольга.