Книга Столица на краю империи, страница 70 – Ян Бадевский

Я пожинал плоды всего этого сумасшествия.

Но пожинал без фанатизма.

Холдинг теперь был самодостаточной структурой, и даже контроль со стороны Джан был минимальным. Поэтому я сосредоточился на двух вещах — разработке уникальных мехов, характеристики которых будут превосходить то, что предлагают конкуренты, и на усилении обороноспособности своих земель. Причём от количественных показателей я перешёл к качественным. Гвардейцы усиленно тренировались, днями пропадали на полигоне, получали самую лучшую экипировку и оружие. Одарённые прокачивали свои способности на том же полигоне, двигаясь к повышению ранга. Демон отрабатывал слаженность действий, испытывал различные построения, отыгрывал атакующие и оборонные тактики. За всем этим наблюдал Хасан — один из лучших боевых инструкторов Эфы за всю историю существования клана. А ещё мы понемногу начали создавать ударных големов, причём у Михалыча они получались особенно свирепыми и сообразительными. А что? Есть не просят, зато очень полезны в бою…

И за всеми этими событиями я малость подзабыл Сонных Мастеров.

Зря подзабыл.

Наступила ночь, когда они напомнили о себе.

Я плыл по течению давно забытых дней.

Жил в деревянном доме на севере Норвегии, слушал вой ледяного ветра, разгоняющегося во фьордах, смотрел в улыбающееся лицо одной из своих матерей…

И в какой-то момент я вдруг осознал, что воспоминания меняются.

Трансформируются.

Ветра вдруг перестали выть, снег растаял, мои родичи куда-то исчезли, а я остался один, с недоумением всматриваясь в окно. Морозные узоры растворились, и я увидел мощёную камнем улочку, спускавшуюся к океану.

Хлопнула дверь.

Повернув голову, я обнаружил здоровенного бурого медведя, ввалившегося в проём. Медведь уставился на меня чёрными бусинами глаз.

Ощущение неуправляемого сна ушло.

На смену этому чувству явилось другое. Будто я пребываю в сюрреалистическом трипе, но вполне могу контролировать свои действия в бессознательном пространстве. Вот сейчас схвачу топор и дам мишке по голове…

Вот только исчез топор.

А бурый медведь — нет.

— Ты обсудил наше предложение с Джан? — поинтересовался медведь, усаживаясь на невесть откуда взявшийся бочонок.

И я понял, откуда ветер дует.

Конструкт.

Иллюзия, сотворённая Сонными Мастерами.

— Да, — я внимательно посмотрел на собеседника и прикинул свои шансы. — Мы вынуждены отказаться.

— Мы? — переспросил медведь. — Предложение адресовалось ей. Не тебе.

— Это не имеет значения, — холодно парировал я. — Джан в моём Роде. Как глава Рода, я принимаю окончательное решение.

— Мы ведь тебя предупреждали. Будут проблемы.

Я уже полностью осознавал происходящее.

Конструкты — штука опасная. Если сплести иллюзию, внедрившись глубоко в подсознание жертвы, можно и убить спящего человека. Этим приёмом часто пользовались боевые морфисты. Мы все чего-то боимся, даже самые смелые из нас и полные отморозки. Важно подобрать ключик к этим потаённым страхам. А ещё можно направить разум в лабиринт видений, неотличимых от реальности, выудить любую информацию или запрограммировать на отложенное действие. У меня против таких техник защита отсутствует.

К счастью, мы предвидели вторжение Сонных Мастеров.

Поэтому заготовили свой конструкт, разворачивающийся внутри наведённого морока и перекраивающий его на глубинном уровне. Этот конструкт помог разработать отец Джан. И был там ещё один фокус — призыв наших морфистов в случае опасности. Ярика и ещё нескольких, из числа адептов Чёрного Ока.