Книга Ярость на краю империи, страница 42 – Ян Бадевский

Между колонн протянулись длинные тени.

* * *

Дверь открыла Маро.

— О, привет! — лицо девушки озарилось нежной улыбкой. — Давненько не заходил.

— Я по делу. Лука дома?

Маро обиделась.

— Сейчас позову.

Я взял её за руку.

— Подожди.

Лицо бессмертной вытянулось от удивления.

— Ты чего?

— Я очень рад тебя видеть, — откровенно признался я. — И я бы с удовольствием…

— Что? — перебила мечница. — Что бы ты с удовольствием сделал?

Она была очень близко.

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза.

— Поговорим об этом позже, — я поймал себя на мысли, что меня тянет к этой женщине. А ещё я почему-то был уверен, что у Маро с Джан уже существовали некие договорённости. И всё упиралось в меня. — Сейчас есть более серьёзная тема. Думаю, тебе понравится.

— Мне? Ты же с Лукой хотел поговорить.

— С вами обоими. Это очень важно.

— Ладно, — Маро отступила, пропуская меня в дом. Крикнула: — Лука! К тебе гость!

Я закрыл дверь.

— Смелее, — подбодрила меня бессмертная. — Если разговор долгий, может… чайку?

— Не откажусь.

Мастер Мерген уехал час назад.

Теперь, когда рядом с КПП поставили станцию канатной дороги, бес получил возможность быстро перемещаться между городом и моими владениями, минуя извилистый лабиринт серпантинов. Насколько я помню, жил он в Старом Городе, но не в Змеиных Кварталах, и по-прежнему преподавал в гимназии Эфы. А попасть в Старый Город, если пересесть на станции «Альпика», можно было за сорок минут. Это быстро по меркам нашего мегаполиса. Просто потому, что ты не едешь по Аэрокольцу и не стоишь в пробках на проспекте Дарвина. И это — несмотря на низкую скорость капсул.

Спустя четверть часа мы сидели на террасе, наслаждались ароматным пуэром и созерцали осенние горные вершины.

— Что, понравился мастеру мой новый гвардеец? — я хитро взглянул на Маро.

— Ты мне устроил проблему, — улыбнулась девушка. — Мергена теперь отсюда не вытащишь. Они уже и в шахматы успели поиграть, и фигурки обсудить…

— Какие ещё фигурки? — не понял я.

— А ты что, не знаешь? — удивилась мечница. — Это же твой человек.

— Ну… — я смутился. — Он у меня недавно.

— Господин Ли вырезает фигурки из дерева, — пояснил Лука. — Это его хобби. Монахов, зверей, птиц. Всё маленькое, куча деталей. Мерген говорит, никогда не видел ничего подобного.

— Там уже дельфин появился, — добавила Маро.

У меня возникло подозрение, что хобби выросло не на пустом месте. Семью господина Ли мы уже вывезли из Европы и поселили в Красной Поляне. А у геоманта было двое внуков.

— Интересно, — я сделал глоток из пиалы. — И что, они прямо сдружились?

— Бесам одиноко в этот мире, — заметила Маро. — Все вокруг умирают. Мы остаёмся. Если, конечно, не встретимся с превосходящим противником.

Маро непроизвольно покосилась на сына.

Я знал, что смерть Доброго Эха сделает её несчастной. И понимал самого Луку, проводящего годы в поисках чудодейственной таблетки. Самое интересное, что эта таблетка существует. Она есть у меня.

— Не будем о грустном, — я полез во внутренний карман ветровки. — У меня кое-что есть.

С этими словами я выложил на стол медальон.

Добрый Эх понял не сразу. А когда увидел гравировку, его глаза расширились от изумления. А ещё в них появилась надежда… смешанная с сомнением.

— Это… то, что я думаю?