Книга Перевернутая луна, страница 26 – Ян Бадевский

— Каком еще срезе? — не поняла Наоки.

— Не бери в голову. У меня сегодня философское настроение.

— Говори, зачем пришел.

Тейн ответил не сразу.

Несколько секунд сосредоточенно пережевывал пищу, затем выдал:

— Честно говоря, не знаю с чего начать.

— У меня мало времени. Надо поехать в управление, оформить перевод. Так что ближе к сути.

— Твой перевод зависит от продуктивности нашего диалога. Поэтому можешь не спешить.

Наоки внимательно посмотрела на анимешника.

— Я слушаю.

— Итак, есть две проблемы. Первая — твой брат мертв. Вторая — у моих нанимателей кое-что пропало. И эту штуку надо вернуть.

Девушка не успела донести палочки до рта.

— Что ты сказал?

— Пропал важный артефакт…

— До этого.

— Твой брат мертв.

— Откуда ты знаешь?

— Поверь — знаю.

Наоки швырнула палочки на стол.

Отвернулась от гостя и уставилась в окно. Снова пошел снег. Мягкий, пушистый.

— Я тебе не верю.

— Разумеется.

— Ты его не знал даже.

Лицо Тейна посерьезнело.

— Знал. И гораздо лучше, чем ты думаешь. Мичи исчез из твоей жизни восемь лет назад. Хочешь знать — куда? Я могу рассказать о деньгах и конвертах. О многих вещах, которые не давали тебе покоя. И ты поверишь мне на слово. А затем увидишь всё собственными глазами — если, конечно, захочешь.

— Кто ты, мать твою, такой?

Верить этому мудаку не хотелось.

Мичи мертв…

Это еще требуется доказать.

— Я работаю в отделе внутренней безопасности профсоюза.

— Что еще за профсоюз?

— Давай начнем с оборотней. Перевертов, как мы их привыкли называть. Лезут и лезут, не сладишь с ними. Откуда берутся? Не понять. Правду власти не говорят, хотя и знают.

— И в чем она, правда?

Тейн забросил в рот огурец, задумчиво прожевал.

— Переверты не из вашего мира, Наоки. Представ себе вселенную, которая подобна дереву. Множество параллельных миров. Десятки и сотни. Возможно, тысячи. Это Многослойность. Мы называем альтернативные реальности слоями или срезами. Ведуны, вроде меня или твоего брата, умеют открывать порталы и переходить из одного среза в другой.

— А при чем тут оборотни?

— Они тоже это умеют.

Рассказ Тейна граничил с бредом, но ведь и волколаки когда-то считались фантастикой.

— Мичи — ведун?

— Был им.

— Что теперь?

— Я же сказал, он мертв. Погиб в одном из срезов, о котором ты, естественно, не слышала.

Наоки резко встала.

Прошлась по кухне из угла в угол. Верить в сказанное не хотелось, но что-то внутри подсказывало — Тейн не врет. Чуваку что-то нужно.

— Ладно, — она остановилась, чтобы набрать воды в электрочайник. Закрыла крышку, нажала кнопку. Загремела заварником и чашками, чтобы успокоить нервы. — Допустим, ты прав. Чего они добиваются?

— Ты про оборотней? Это экспансия, всё просто. Они захватывают один слой за другим. Вытесняют нас, людей. Можешь называть это борьбой за существование. Межвидовой конфликт.

— И правительство знает о Многослойности?

— Конечно, — Наоки не видела лица Тейна, но почувствовала иронию в голосе. — Не просто знает. Они обратились в профсоюз за помощью, поскольку сами не справляются. У вас тут самая настоящая оккупация, подруга.

Горсть чая отправилась в заварник.

Коробка — обратно на полку.

— Ты утверждаешь, — размеренно произнесла девушка, — что переверты лезут через порталы между мирами.

— Именно, — Тейн поднялся со своего места и начал убирать всю грязную посуду в моечную машину. — Как она включается?