Книга Темное время суток. Фантастический роман, страница 124 – Ян Бадевский

— Фракция, – кивнул Рамон.

— Да. Мы наблюдаем за событиями, изредка вмешиваемся. Ищем путь к спасению людей.

— Звучит слишком благородно.

— Сарказм?

— Еще какой.

Лайет не ответил. Казалось, он надолго задумался о чем-то своем, непостижимом для простых смертных. Каково это – быть основателем? Или вендиго? Где грань, за которой твоя мотивация отличается от человеческой? Вот почему охотник не верил своему нежданному спасителю. События последних лет научили его лишь одному – нет людей, которым можно доверять. Многослойность – это масштабное игровое поле, по которому движутся фишки вроде Рамона и Полины. А над ними склонились головы сумасшедших игроков, утративших представление о морали.

Нет, они не сумасшедшие, поправил себя Рамон. Просто каждый имеет свои интересы. И ты не понимаешь интересов тех, кто дергает за ниточки.

— Подумай, – Лайет отвернулся.

Они надолго замолчали.

— Лайет.

Основатель продолжал смотреть вперед.

— Чего тебе?

Рамон немного помедлил с вопросом. Не был уверен, что колдун ответит? Возможно.

— Ты многому обучил Полину? Что она умеет?

Лайет отставил пустую кружку.

— Хочешь знать, остается ли она человеком? Смогут ли продолжаться ваши отношения?

Рамон кивнул.

— Не знаю, – Лайет пожал плечами. В его голосе слышалось замешательство. – Понимаешь, я быстро провел ее всеми тропами, на которые сам затратил десятилетия. Весь путь от новичка до…

— Вендиго?

Пауза.

— Да. Ты верно подметил. Но она смогла вернуться. Как и я. Не застыть в этих призрачных вселенных, не отдаться во власть аморфности. Если ты понимаешь, о чем я.

— Нет. Не понимаю.

— Это не важно, – отмахнулся Лайет. – Ее что-то держало здесь, на физическом плане Многослойности. Думаю, это ты ее не пустил дальше. Не перебивай. Так вот, если ты знаешь большее проявление любви, чем отказ от всемогущества, расскажи. Потому что я не знаю.

Точки в нижнем углу лобового экрана стремительно сближались. Причем, все три. Транспотер ликвидаторов бодро маневрировал в клубах пыли и неуклонно сокращал дистанцию.

— Вот почему она им понадобилась, – тихо произнес Рамон. – Переговорщик. Человек из профсоюза, умеющий путешествовать в недоступной ведунам реальности. Знающий тех, с кем наши боссы хотят поговорить.

— Верно.

— Тогда они ее не убьют.

— Это вряд ли.

— И меня.

— В точку. Иначе ее нельзя будет контролировать. Профсоюз давно это просчитал.

Молчание.

— Думаешь, не кинуть ли нас, – сухо сказал основатель. – Меня и тех двух живодеров. Разделиться в городе и уйти через трещину. Своим путем.

Рамон ответил не сразу. Эта мысль действительно у него мелькнула. Решение казалось идеальным. Для всех. Ликвидаторы бросятся в погоню за Полиной и оставят в покое Ефимыча с Азародом. Вдвоем проще оторваться. А если их даже поймают, то не убьют. Все испортил внутренний голос.

Убьют.

После того, как используют.

— Нет, – Рамон вздохнул. – Я не собираюсь уходить без вас. Не могу отвечать за Полину, но я останусь.

В этот момент из клубящейся мути что-то проступило.

Город-призрак вырос незаметно. Словно порождение феи Морганы, выкладывающей из рукава заготовленные миражи. В наступивших сумерках контуры зданий представлялись Рамону тенями из загробного мира.

Вездеход въехал на полуразрушенную асфальтовую дорогу. Выбоины, песчаные барханы.