Книга Пути и Двери, страница 57 – Ян Бадевский

— Ножи и Маги навели порядок, — подтвердил рассказчик. — Ушло полвека, но Твердь и Небеса выстояли.

— А что там с дикой охотой? — напомнил Гам.

Людей у костра стало больше. Обоз был приличным, в Улкундар шло не менее сотни человек. Поэтому сейчас в степи горело несколько костров. Суоне видел шесть дымных столбиков. Над степью расползались запахи готовящейся еды, слышались голоса, кто-то перебил струны и тихо пел. Кое-кто поменял кострище, чтобы послушать Денемора.

— Охота, — Денемор с благодарностью принял миску каши от Гама. — Это призраки. Мне дед рассказывал, что владыка Китограда, имя которого нельзя называть, полюбил свою сестру и решил силой принудить ее к браку. Девушка сбежала в Тризские Пустоши, но король ее нагнал. Затравил собаками, если быть совсем уж точным. Не привык, что ему отказывают, надо полагать.

Ивар сплюнул, показывая свое отношение к таким властителям.

Люди у костра зашевелились, подавая чистые плошки Гаму. Кашевар с важным видом стоял у котелка и орудовал половником. Многие полезли в свои походные мешки за сушеным мясом.

Старик дождался тишины и продолжил:

— Боги прокляли властителя. И потом случилось то, что случилось. Но это не точно, потому что есть и другие версии легенды. В общем, после смерти король и его свита блуждают по Пустошам. Призраки охотничьих псов тоже с ними. И лошадей. Если дикая охота пересекается со странниками, вроде нас, то травит их, убивает и забирает души в загробное царство, откуда нет возврата.

— Они же призраки, — удивилась Торлейв. — Как они могут убить человека?

— Могут, — заверил старик. — Дикие охотники пользуются заколдованным оружием, оно работает в двух мирах.

— Мне бы такое, — в голосе Ивара послышалось восхищение.

— Нечему тут завидовать, — отрезал Денемор. — Судьба проклятых оборвана, их души никогда не успокоятся. Охотники будут скитаться по Пустошам до скончания эпох, им не видать Благословенных Садов и Сияющих Фонтанов. Это страшная участь.

Некоторое время царила тишина, нарушаемая лишь чавканьем да стуком ложек о деревянные миски.

Гам осторожно приблизился к костру и снял котелок с травяным отваром.

— Я бы не стал бояться мертвецов, — подал голос мастер ножей. — Живые гораздо опаснее. Вот, к примеру, оборотни Черноболотья. Давайте о них поговорим.

Торговцы настороженно уставились на Суоне.

— А что с ними не так? — тихо произнес Гам.

— Всё так, — хмыкнул мастер, — за исключением одной детали. Эти ребята уже которые сутки идут по нашему следу.

Торговцы осмыслили сказанное.

— Уверен? — решил уточнить Ивар.

Суоне выпрямился, скрестив ноги. Теперь он сидел, ощущая жар костра и цепкие взгляды спутников.

— А то. Костры не жгут, держатся на приличном расстоянии. Вот только по утрам притоптана трава рядом с лагерем. Ну, как рядом. С полсотни локтей от нас. Если присмотреться, то увидите отпечатки звериных лап, а потом — человечьих ног. Или наоборот.

— Не шутишь? — Гам, похоже, струхнул. — Это же степь, тут много зверей бегает.

— Конечно, — ухмыльнулся Суоне. — Медведей, пардусов и вепрей. На каждом шагу встречаю.

Торлейв рассмеялась.

— А ты мне нравишься, мастер.

Суоне промолчал.

— Шутки в сторону, — Денемор подобрался. — Если это правда, нам угрожает серьезная опасность.

— Я вчера почувствовал запах, — робко произнес Линтек.