Книга Под скорбной луной, страница 92 – Карен Одден

— А, понятно… — рассеянно пробормотал директор и, помолчав, добавил: — «Стэндард» говорит, что мистер Луби выступит с заявлением.

Разумеется, я знал, что такая возможность существует, и все же мое сердце сбилось с ритма.

— То есть Братство примет на себя ответственность?

— На подобную вероятность всячески намекают.

Намекают, но не утверждают… Впрочем, надежда на иной исход едва теплилась.

— Корраван, я… я должен задать вам один вопрос.

Похоже, Винсент на что-то решился, хотя и выглядел несколько смущенно. Хм, так он просто тянул время…

Я настороженно кивнул.

— Зачем вы встречались с Джеймсом Маккейбом?

Я вздрогнул от удивления.

— Вы пустили за мной слежку?

Директор был явно разочарован. Видимо, рассчитывал на мое искреннее возмущение подобным предположением.

— Не я, — вздохнул он.

— Ротерли?

— Куотермен, причем без моего ведома. Конечно, он председатель комитета, а Ярд по-прежнему находится под наблюдением, так что извещать меня никто не обязан.

Куотермен, мой заклятый враг из наблюдательного комитета при парламенте… На самом деле я догадывался, что за решением о слежке стоял этот подхалим Ротерли. Ни тот, ни другой не желали видеть меня на посту исполняющего обязанности суперинтенданта речной полиции, однако Винсент настоял на своем. Во время последнего разговора с Ротерли я убедился, что тот хочет подвести меня под отказ в постоянной должности, и встречи с Маккейбом давали ему прекрасный аргумент.

— Вчера вечером он прислал мне сообщение о том, что вы с Маккейбом разговаривали не менее получаса. Потребовал объясниться. — Винсент сложил руки на груди. — Не желаю рассуждать о мотивах Куотермена, но признаюсь: мне и самому любопытно.

— К «Принцессе Алисе» наша встреча отношения не имеет. Это личное дело.

— К «Принцессе Алисе» сейчас имеет отношение абсолютно всё, — возразил директор. — Ирландский преступный мир — тем более, до тех пор, пока с Братства не сняты подозрения в причастности к происшествию на Темзе.

Что ж, на месте Винсента я тоже заинтересовался бы. Он кое-что знал о моем прошлом, хотя откуда — я так до конца и не понял.

— Когда я остался один в Уайтчепеле, меня подобрала семья Дойлов: ма Дойл, Пэт — мой ровесник, а еще Колин и Элси, близняшки. Но те были гораздо младше. — Я откашлялся. — Колину сейчас девятнадцать, и, боюсь, он связался с бандой Маккейба. Пришлось идти на встречу с главарем «Каменщиков», просить его отпустить Колина.

Винсент ощутимо напрягся.

— Вы заключили с ним сделку?

— Ни в коем случае! Никаких уступок, которые позволили бы ему отвертеться от любого из расследований Ярда, — твердо возразил я. — Полагаю, Ротерли желает, чтобы меня отстранили от дела?

Винсент поднял руки.

— Я заявил, что этому не бывать. Но с Маккейбом видеться больше не советую, Корраван. Во всяком случае, пока не кончится расследование. А если все же надумаете и Ротерли пронюхает…

— Понимаю, сэр.

— Что-нибудь еще вы с Маккейбом обсуждали?

— Погибло несколько его людей, и он желает убедиться, что Ярд к их смерти непричастен.

— Господи, с чего он вдруг подумал на Ярд? — округлил глаза Винсент.

— Одиннадцать лет назад, после Клеркенуэлла, два полисмена убили более десятка ирландцев. Некоторые из них принадлежали к «Каменщикам мыса».

По лицу директора пробежала тень; очевидно, об этой истории он никогда не слышал.