Книга Принцесса для алого графа, страница 3 – Мика Моник

— Его детей и его внуков. — Объяснила мне, будто я из храма блаженных вышла. — А как иначе? Таков удел старшей сестры.

— Ну я же младшая!

— Как так младшая? — Щуря глаза, уточняет домоправительница. — Али, ты про сестрицу свою сводную Габриеллу говоришь. Так она не царской крови, а так барышня благородная. Ей жениха искать надо, жизнь свою устраивать, а тебе короне службу нести надобно. Подле короля, брата твоего, нашептывать, пока не состаришься, а тогда…

— Что тогда? — Спрашиваю, выпучив глаза.

— Тогда в монастырь уйдешь к девам Лурителле. Профессию получишь и в труде до конца своих дней жить будешь. — Сказала домоправительница, томно вздыхая своей пышной грудью, будто все что она только что описала было мечтой каждой девицы в Триспенне.

— Не буду! — Надув нижнюю губу крикнула я. — Что за несправедливость? Почему Габриелла в монастырь не едет? Ей там самое место. Чрево свое огненное унимать в молитвах.

Домоправительница многозначно поцокала языком, после чего села рядом и разгладила складки на своем накрахмаленном фартуке.

— Ну куда тебе мышка серая? Как говорит бог Вахал и богиня Лурителле каждому свое. Вот ты мышкой родилась мышкой и проживешь. Звезды для тебя так сошлись не иначе. А коль судьбу свою изменить попыталась сполна богам заплатить должна будешь. А учитывая тот факт, что ты к графьям собралась, то тебе в двойне хуже будет.

— Ни куда я не собралась! — Кидаю в мерзкую тетку подушкой и убегаю в ванную.

Слезы норовят вырваться наружу. Чтобы успокоиться подбегаю к зеркалу и хватаю гребень. Гневно чешу свое девичье достояние иссини черных волос. Наскоро пробегаюсь взглядом по синим глазам, маленьким, не вызывающим как у Габриеллы, губам. В самом конце задерживаю взгляд на своей фигуре. Таких тощих как я только в монастыри отправлять!

Откладываю в сторону гребень и направляюсь к шкафу с одеждой. А что, если домоправительница права? И мне богами написано воспитывать чужих детей, а на закате дней уйти в монастырь. Во мне же нет ни грамма чувственности и утонченности, присущей Габриелле.

Нет!

Бросаю в сторону пестрые платья и достаю мужские брюки. Габриелла далеко не идеал. Если бы все на нее равнялись, то у нас была бы страна распутных девиц. Вот кому, а ей точно богами приписано мужчин ублажать.

Одеваюсь в дорожный костюм и заплетаю волосы в толстую косу.

Не хочу такого будущего. Чем я хуже Габриеллы? Почему не могу выйти замуж и завести своих детей? Не уж-то боги всеведущие и делают то, что для нас лучше. Откуда им знать, что лучше для меня?!

Если отец откажет графьям, а он непременно откажет, начнется война. Войска алого графа нападут на северные земли и разорят деревни, еще до того, как наша дружина успеет туда подойти. Так или иначе карета вассалов не должна уехать пустой.

Возвращаюсь в спальню. Домоправительница все еще сидит на моей кровати. Намазано ей тут что ли?

— Где моя дорожная сумка? — Кричу, перерывая все возможные комоды, в самом конце заглядывая под кровать.

— Зачем она тебе? Сбежать удумала? Так стража тебя не выпустит, а дыр в крепостной стене отродясь не было.

— Нет. — Высовываюсь из-под кровати с маленькой кожаной сумкой.

В прошлом году она казалась мне огромным вместилищем. А теперь в нее влезло только три книги с легендами, гребень, и небольшая картина с портретом моей покойной матушки. Последнюю я бережно обернула в льняной платочек.