Книга Мы друг друга не выбирали, страница 13 – Марина Кистяева

Умаров вдарил по газам, отчего Алексию еще сильнее вжало в кресло.

Алексия шла по коридору. Ноги автоматически несли ее вперед к аудитории. В голове стояла звенящая пустота.

На одном из окон сидела влюбленная парочка, и Алексия, едва не ломая глаза, невольно засмотрелась на них.

Они целовались. При этом ноги молодой девушки были широко разведены, парень стоял между ними. Пах к паху. Довольно откровенная поза, и если сейчас мимо пойдет кто-то из преподов, им влетит. Только толку-то? Парочка посмеется, извинится и дальше продолжит бесчинствовать.

Жар окатил Алексию, она ускорила шаг. Нашла на что пялиться. Проблем у нее других в жизни нет, как только наблюдать за счастливыми влюбленными. В последнее время она неадекватно реагировала на подобные сцены. Смех, да и только. Девчонки ее возраста активно обсуждали наличие девственности и со сколькими партнерами они уже успели переспать.

А ей нечего было сказать. Абсолютно.

Алексия не стремилась поскорее распрощаться с девственностью и тем более не намеревалась прыгать из койки в койку.

Но… Был еще один нюанс в ее жизни.

Она ни разу не целовалась.

Да-да, ни разу.

В детском садике на горшке с одногруппником не считается.

Парадокс заключался в том, что Умаров при всех своих угрозах и буллинге не только не приглашал ее куда-либо сходить. Он ее фактически не трогал.

Он ни разу не сделал даже попытки ее поцеловать.

Алексия этого не хотела. Ее кидало в дрожь от мысли, что он может насильно ее поцеловать. Она несколько раз представляла, как его большая фигура нависает над ней сверху, как его крепкие ручищи стискивают ее талию, а лицо склоняется все ниже и ниже. Ей становилось дурно.

Одним поцелуем он не ограничится. Поэтому она втихую радовалась, что он ее все же не трогал.

Но и вот в такие моменты, когда она наблюдала за другими, рождался некий триггер. Она искренне надеялась, что в ее жизни появится мужчина, который станет не только ее возлюбленным, но и опорой. И в первую очередь отгородит ее от Умарова.

На пути в аудиторию ее перехватила Машка.

— Алексия, что происходит?

Подруга сжала ее руку, глаза полные тревоги.

— Ничего нового, – буркнула Алекса.

— Тут такие слухи…

— Да неужели?

— Ой, не язви! Ты сейчас с Умаровым приехала?

— Угу.

— Офигеть.

— Ничего офигенного в этом нет.

— Я хочу знать подробности.

— Да нет никаких подробностей, Маш.

Подруга закатила глаза.

— Ага, нет. Как же. Мы все привыкли, что к тебе Умаров подкатывает. Но Дагаевы... Это чересчур.

Мы все привыкли… Как мило.

Иногда Алексе начинало казаться, что она местная развлекалочка. Все ждут не дождутся, чем же ее история закончится.

— Леш, прости… Брякнула, не подумав.

На лице Маши промелькнуло раскаяние.

— Проехали.

Она не со зла. Просто, когда столько лет одно и то же происходит в жизни человека, с которым близко общаешься, невольно начинаешь воспринимать историю иначе.

Как сериал, например.

Алексия смотрела куда-то вдаль, где группа пятикурсников громко смеялась.

— Да. – Ее голос прозвучал тихо, но четко. – Чересчур.

Мысль возникла в голове внезапно, и, чтобы ее не упустить, Алексия решительно сказала:

— Я хочу сходить к деду Рустама.

— К самому Умарову? – Глаза Машки округлились.

Алексия кивнула, ее пальцы нервно перебирали край свитера.