Книга Блинная «Клубничная грядка», страница 102 – Лори Гилмор

— Хочешь, я отблагодарю тебя тем же?

— Э-э-э… нет. Я… ну…

Глаза Айрис округлились.

— Ты кончил просто от того, что делал это со мной?

Он почувствовал, как краснеют щеки, но взгляда не отвел.

— Да.

— Тебе настолько понравилось?

— Еще бы.

Он решил умолчать о том, что вкус Айрис стал для него новым эталоном наслаждения, но по ее лицу понял, что ей было бы приятно услышать такие слова. Арчер наклонился и поцеловал ее в шею. Айрис взвизгнула и залилась смехом.

— Арчер!

Он поймал себя на том, что ему ужасно нравится, когда эта девушка произносит его имя.

Он сел, взъерошил волосы и остановился взглядом на Айрис: обнаженная, она лежала в его постели, раскрасневшись от смеха и пережитого наслаждения. Он с легкостью представил себе, что каждое их утро выглядит именно так.

Арчер правда хотел, чтобы каждое их утро выглядело именно так.

Поначалу он сомневался, позволительно ли ему вообще брать выходные. Но Глэдис даже слушать не хотела: один день в неделю он обязан был посвящать семье. «Баланс между работой и жизнью», – сказала она. И только теперь он понял смысл этих слов. Понял и принял. Он больше не ощущал необходимости и желания бесконечно гнаться за идеалом и жить на кухне сутками.

Он мог быть дома и готовить для тех, кого любит.

Любит. Это слово будто ударило его под дых.

— Давай я напеку тебе блинов? – предложил Арчер, старательно отгоняя внезапную мысль.

Он не мог признаться даже себе в любви к Айрис. Еще слишком рано. Нельзя спугнуть чувство, уже поселившееся в глубине его души.

— Арчер, если я съем еще один блин, я сама в него превращусь.

Он рассмеялся.

— Понял. Как насчет омлета?

— А вот от него не откажусь, – с готовностью отозвалась Айрис.

Они приняли душ, сменили простыни и заняли свои привычные места на кухне: Айрис за столом, Арчер у плиты. Его по-прежнему не покидала уверенность: он хочет, чтобы именно так начиналось каждое их утро.

— Так во сколько нужно забрать Олив? – спросила Айрис, пока он взбивал яйца.

— Около полудня.

Стоило прозвучать этому имени, и оба посерьезнели: надо решить, как быть дальше.

— Мне кажется, ей не стоит ничего говорить. Ну… о нас. Об этой ситуации, – сказала Айрис, сразу переходя к сути.

Она была права. Зачем пятилетней девочке знать, что у взрослых интрижка, которая, возможно, ни во что не перерастет? Ей это ни к чему. Но Арчер почувствовал сожаление: все же хотелось, чтобы ему было о чем рассказать дочери.

— Конечно. Мы же не хотим, чтобы она подумала…

Подумала – что? Что ты останешься?

Или что мы пара и ты больше, чем просто няня?

Айрис негромко рассмеялась.

— …Подумала, что я стану ее новой мамой только потому, что мы с тобой…

Новой мамой…

— Да. Это было бы слишком, ведь мы всего лишь…

От ее беспечной улыбки не осталось и следа.

— Арчер.

— Не говори ничего, Айрис.

— Нам… не стоит так поступать.

— Ты о чем? Мы пока ничего не сделали!

— Я пыталась быть честной с тобой. Я сказала, что…

Он обошел кухонный стол и, не дав ей закончить, встал перед ней.

— Да, ты сказала, и я согласился. У нас только секс – пусть так и будет. Мы не станем ни о чем говорить Олив. Успокойся, Айрис.

Конечно, она была права: Олив не должна ни о чем узнать. И не только она, но и вообще никто. Что, если до Каори и социальных служб дойдут слухи о его интрижке с няней? Вдруг они решат, что он создает небезопасную для ребенка обстановку, и отнимут у него Олив? Ответа на эти вопросы Арчер не знал, но рисковать не собирался. Особенно сейчас, когда он всем сердцем желает, чтобы Олив осталась с ним навсегда.