Книга Блинная «Клубничная грядка», страница 108 – Лори Гилмор

К счастью, Олив уже вприпрыжку возвращалась к ним.

— Я тут!

— Отлично. – Глядя на кузину, Айрис ухмыльнулась, а Бекс в ответ демонстративно высунула язык. – Как там Хейзел и Ноа?

— Хорошо. Я им показала свой новый танец.

— Уверена, они были в восторге.

— Ага! А еще они летят на остров и привезут мне оттуда сувенир.

— Повезло же тебе.

Олив собрала пальцем остатки сливок, шустро размазала их по носу няни и расхохоталась.

— Попалась! Теперь ты похожа на меня и папу!

Айрис не могла объяснить почему, но ей вдруг захотелось расплакаться.

— Привет, пап.

— Привет, Арч. Как дела?

Арчер вздохнул.

— Вроде нормально.

Он оперся на изголовье кровати. Олив только что закончила еженедельный разговор с дедушкой, и Айрис укладывала ее спать. Когда няня подняла ее на руки, девочка хохотала и визжала. В этот момент Арчер почувствовал, как сердце сжимается от счастья.

Втроем они смотрятся так естественно. Разве Айрис этого не замечает?

Всю последнюю неделю он места себе не находил. Арчер старался дать Айрис пространство: не хотел давить на нее. Но сейчас он совсем запутался и не понимал, что творится в ее голове. Она почти ни о чем с ним не разговаривала, не считая повседневных дел Олив. Это сводило с ума.

— Да какое там нормально, я ведь вижу: что-то не так. Просто скажи мне, что происходит.

— Наши отношения с Айрис… Они теперь не только рабочие…

Отец удивленно приподнял седую бровь.

— Не только рабочие? В каком смысле?

В каком? В таком, что жизнь Арчера перевернулась с ног на голову, погрузив его в мучительное состояние неопределенности и вынудив передвигаться по собственному дому на цыпочках.

— Кажется, я случайно в нее влюбился.

Выражение искреннего шока на экране показалось бы ему смешным, если бы Арчер не чувствовал себя таким измученным.

— Ты в нее влюбился?

— Да.

Это правда. Он влюблен в Айрис.

Прежде он никогда никого не любил. Но теперь… у него появились сильные чувства к женщине, которую он нанял присматривать за дочерью и которая, насколько он знал, панически боялась серьезных отношений и самой идеи материнства… Арчер не имел ни малейшего понятия, что теперь делать.

Отец откинулся на спинку кресла и начал слегка покачиваться из стороны в сторону. Было видно: Арчер застал его врасплох. Отец никогда не ерзал на стуле. У него было мнение на любой счет, и он всегда им делился. Но сейчас он посматривал на сына так, словно не представлял, что сказать и как вообще к этому подступиться.

Это, надо сказать, никак не помогало.

Вдруг в камеру влезла его мачеха.

— Прости, что вмешиваюсь, Арчи, – сказала она, – но я тут краем уха услышала про затруднительную ситуацию, в которой ты оказался.

Вряд ли тут дело в «случайности»: она просто сидела в той же комнате, работая над очередной вышивкой. Арчер уже получил от нее столько подушек с вышитыми библейскими цитатами, что не знал, куда их девать. В итоге он просто запихнул их все в шкаф в коридоре.

— А что Айрис обо всем этом думает? – спросила Кэти. Ее лицо полностью заслонило изображение отца.

— Она… ну…

Кэти нахмурилась.

— Ну все ясно.

— Что «все ясно»? – резко бросил Арчер.

— Арчи, тебе нужно поговорить с ней начистоту. Не отмалчиваться, а выяснить, чего она хочет.

В этом-то вся проблема. Он уже говорил с Айрис, и она с самого начала ясно обозначила границы: только секс. Он же был тем, кто хотел чего-то большего. Тем, кто ждал, что она изменит решение.