Книга Блинная «Клубничная грядка», страница 128 – Лори Гилмор

Его сердце, измученное событиями последних суток, разлетелось на осколки.

— Нет, Ливи. Никогда. Я никогда не устану быть твоим папой и никуда не уйду.

Еще несколько месяцев назад эта мысль повергла бы его в отчаяние, но теперь, стоило об этом подумать, на душе становилось спокойно. Олив – его дочка, и это навсегда. Он не хотел ничего менять.

Девочка улыбнулась.

— Хорошо.

— А твоя мама, даже если ее больше нет с нами, навсегда останется твоей мамой. Ничто не сможет это изменить.

— Это тоже здорово.

— Согласен. Кстати, может, мы закончим тот сад, который вы разбили с Айрис, и посадим там для мамы что-нибудь особенное? То, что привлечет, скажем, колибри?

— Давай! А может, еще и кролика заведем?

— Я бы на твоем месте не раскатывал губу.

Олив надулась.

— Ну хотя бы разреши есть на завтрак печенье с начинкой.

Арчер глубоко вздохнул, размышляя о том, как сильно Айрис повлияла на их жизнь. Она была с ними с самого начала, а теперь остались только они двое.

— Ладно.

— Ура! – Олив захлопала в ладоши, и обещание сладкого завтрака мгновенно улучшило ее настроение. – Пап, а насчет Айрис не переживай. Мне кажется, она вернется.

Он глубоко вздохнул, стараясь своими словами не ранить Олив, которая и без того для своего возраста пережила уже слишком много.

— Не знаю, Лив. Может, и нет.

— А может, и да.

— Есть вероятность, что она больше никогда не вернется.

— Пап, никогда не говори «никогда».

Арчер посмотрел на дочь: круглое лицо и темные глаза, как у Кейт, но губы, улыбка и ямочка – в точности как у него. Он мысленно перебрал годы, которые им предстоит прожить вместе, и все, чему Арчеру еще придется научиться. Их ждут дни рождения и праздники, переломы и ссадины, боль от разбитого сердца и разбитых коленок, трудности в школе и ссоры с друзьями. Но, глядя на ее радостное лицо, Арчер понял: он не имеет права лишать ее надежды.

— Ладно, Олив. Я не стану говорить «никогда».

Удовлетворенная ответом, она надкусила печенье. Ситуация казалась безнадежной и безрадостной, но Арчер подумал: он справится, пускай даже и в одиночку.

— Что происходит? – проворчала Айрис, выбираясь из-под груды одеял.

Она врубила кондиционер в комнате Бекс на максимум. Когда вокруг тепло и уютно, лежать и тонуть в собственном горе не вариант. А поводов для душевных страданий у нее сейчас было хоть отбавляй.

К душевным терзаниям добавлялись страдания физические: постоянная тошнота и чувство безмерной усталости. Айрис не припоминала, чтобы когда-либо в своей жизни ощущала такой упадок сил.

— Я вызвала подмогу, – объявила кузина и плюхнулась рядом.

Кира уселась прямо на пол, а Изабель осторожно опустилась в старое кресло, доставшееся Бекс от бабушки.

— Подмогу… Для чего?

— Черт, ты еще спрашиваешь? Ты влюбилась в Арчера, скучаешь по Олив и неожиданно узнала, что беременна. Мы тут, чтобы помочь тебе разобраться и решить, что делать с твоей жизнью дальше, – сказала Бекс и довольно сильно похлопала ее по ноге.

— Я не хочу об этом говорить.

Кира и Бекс обменялись обеспокоенными взглядами.

— Айрис…

— Я просто не могу об этом говорить.

Айрис чувствовала, как слезы поднимаются к горлу. Если она произнесет еще хоть слово, то разрыдается, а ей бы этого не хотелось. Почему она не может, как и прежде, просто двигаться дальше? Почему не получается бросить эту работу с легким сердцем, как она бросала все предыдущие?