Книга Блинная «Клубничная грядка», страница 29 – Лори Гилмор

Олив сидела на высоком стуле, болтая короткими ножками. Судя по ее лицу, она сомневалась в педагогических способностях Айрис.

— Итак, – начала девушка, выдавив улыбку, которая, как она надеялась, убедит Олив, что она прирожденная няня, которая обожает общаться с детьми, – что ты хочешь на завтрак?

Девочка нахмурилась.

— Я не хочу есть.

Отлично, первый час на новой работе, и уже проблема. Нужно ли заставлять ребенка есть, если он не хочет?

— Но ты ведь хочешь быть бодрой в школе? Тогда тебе нужно подкрепиться, чтобы не уснуть на математике.

Олив смешно наморщила нос. Кажется, эти слова заставили ее задуматься. Надо признать, девочка действительно очень милая. Похожа на щеночка, а все крошечное всегда вызывает умиление.

— Мне не нравится, что он готовит.

Айрис не сразу сообразила, о ком речь.

— Тебе не нравится еда, которую папа готовит тебе на завтрак?

Олив кивнула.

— Ты могла бы прямо так ему и сказать, – заметила Айрис и направилась по коридору в свою комнату. – Подожди немного.

Через минуту она вернулась с коробкой глазированного печенья с клубничной начинкой. Без него не обходился ни один переезд. Идеальный завтрак на случай, когда в холодильнике шаром покати.

— Как насчет печенья?

Глаза Олив расширились.

— Я никогда такое не пробовала.

— Никогда? Чем твои родители тебя вообще кормили?

Олив замерла. Айрис тоже. Зачем она это ляпнула? Как могла забыть причину, по которой получила эту работу?

— Мне не стоило этого говорить. Прости, Олив. Я знаю, твоя мама была замечательной. Уверена, она готовила самые вкусные завтраки.

Олив сидела нахохлившись и молча теребила в руках серебристую обертку от печенья. Айрис представить себе не могла, как пятилетняя девочка переживает горе. Понимает ли, что случилось с ее мамой и почему ей приходится жить с людьми, которых она почти не знает?

У Айрис сжалось сердце.

— Слушай, давай я разогрею одну печеньку? Попробуешь, и, если захочешь, можем поговорить о маме. Или не будем – как скажешь. Хорошо?

Олив все так же молча кивнула, не спуская карих глаз с няни. Айрис не знала, как помочь ребенку пережить смерть близкого человека, но отвлечь… Это она хорошо умела!

— Итак! Сначала мы снимаем обертку, – пропела Айрис, изображая Джулию Чайлд^[7]. – А потом кладем изделие в тостер ровно на две минуты. Ни секундой больше!

С театральным взмахом руки она опустила печенье в тостер. Послышался детский смех.

— А теперь, – объявила Айрис с улыбкой и повернулась к холодильнику, – немного сока!

Она продолжала изображать ведущую кулинарного шоу и наслаждалась смехом Олив, описывая каждый шаг приготовления завтрака.

Может, из нее и правда выйдет неплохая няня.

Да, они опоздали в школу на десять минут и Олив отправилась туда в тапочках с единорогами, но Айрис все равно решила, что утро выдалось весьма удачным.

Ей удалось вызвать у девочки улыбку. Неплохое начало первого рабочего дня.

Еще один паршивый день. Еще одно ужасное утро на работе: гости недовольны едой, блюда возвращают, а Сайрус постоянно маячит туда-сюда с этой его самодовольной ухмылкой. Арчер не чувствовал себя таким никчемным на кухне со времен учебы, когда был поваром-новичком и шеф орал на него за неровно нарезанные овощи.

Все хуже некуда.

Кухня перестала быть его убежищем. Он потерял единственное место, где полностью контролировал ситуацию. Теперь он чувствовал себя беспомощным. Стоя у порога и нервно ероша волосы, Арчер гипнотизировал дверь. Набирался храбрости, чтобы войти в собственный дом. Если соседи наблюдали за его ежедневным ритуалом, то наверняка решили, что у этого парня не все в порядке с головой.