Книга Стань моей истинной, страница 95 – Юлианна Клермон

Паренёк на миг оторвал взгляд от ноутбука и, не прерывая работу, пробормотал:

— Я решил проверить эту остановку и обнаружил, что там никаких поселений нет. И мне стало непонятно, зачем Харм сошла на остановке в лесу. Я расширил зону поиска, но, кроме заброшенного хутора, находящегося в шестидесяти трёх километрах от железной дороги, ничего не нашёл. Одни леса, поля и болота.

Он нервно потёр затылок, взглянул почему-то на Сильву и продолжил:

— Меня смутило, что проводница сказала о множестве баулов у женщины. Мать моего отца живёт в глухой деревне на три двора. Деревня расформирована, и свет лет десять как отрезан, но старики не хотят перебираться поближе к цивилизации. Бабуля постоянно твердит, что где родилась, там и помрёт. Отец раз в месяц ездит к ней с кучей сумок: продукты, керосин для лампы, ну и всякое такое. Они заранее обговаривают, какого числа он приедет, и бабуля присылает к поезду соседа на лошади. И вот что я подумал: а вдруг у Валенсии Харм такая же история? Вдруг она живёт на том дальнем хуторе, ездит за продуктами на поезде, а её кто-то встречает на лошади? Ну я и пробил, откуда она ехала.

Весь вид Саро давал нам понять, что сейчас мы услышим сенсационную новость.

— Ну и?.. — не выдержала Сильва.

— Ну и обнаружил, что она села в Варне. То есть вместе с Марикой.

— И что нам это даёт? — спросил я недоумённо.

Саро вдруг улыбнулся:

— Именно этонам не даёт ничего. Но я делал запрос не конкретно на эту поездку, а просто ввёл поиск по фамилии. И оказалось, что обычно эта женщина раз в месяц в летний период ездит по маршруту Стародворье-Пересвет и обратно! Это соседние станции. Если предположить, что она закупает там продукты, то понятно, откуда взялось столько баулов.

— Не понимаю, причём здесь Пересвет и продукты, если она ехала из Варны? — брови Сильвы сошлись на переносице.

Парень понятливо кивнул:

— Сейчас объясню. Два года назад, в июле, Харм тоже приезжала к нам в Варну. В тот раз она провела здесь практически неделю. Может, у неё здесь есть родственники, не знаю. Но до Пересвета и обратно она в тот месяц не ездила. Скорей всего зата́рилась в Варне. Потом она, как обычно опять ездила в Пересвет. И вот, два года спустя, она опять едет в Варну и возвращается назад через неделю. И у неё с собой баулы. Но важно не это, а то, что Харм всегда садится и выходит в Стародворье.

— То есть она всё-таки там живёт! — заключил полковник.

— Так точно. Вот график её передвижения, — паренёк повернул к нам ноутбук. — Нужно проверить отрезанный от света и цивилизации хутор! Больше у меня вариантов нет.

— Но проводница сказала, что Харм сошла с поезда одна! Марики с ней не было! — в глазах Сильвы плескалось непонимание.

— Если девушка хотела избежать встреч с нашим волком и даже обманула всех, купив билет дальше, чем требовалось, — полковник бросил на меня короткий взгляд, — то вполне могло быть, что она стояла сбоку от двери, и проводница её не заметила.

— Глупости! — воскликнула Сильва. — Марика не поступила бы так! Сойти непонятно где и непонятно с кем? Нет, не верю! Она знала, что её ждут в Даринке, и что я, в конце концов, буду волноваться.

Слова девушки вторили моему внутреннему напряжению. Я так же, как и она, не верил, что Марика могла поступить так безрассудно. Но, одновременно с этим, с того самого момента, как услышал название остановки, все остальные перестали для меня существовать. Какое-то давящее чувство тревоги тянуло проверить заброшенный хутор.