Книга Служебный роман: тайна Снегурочки, страница 86 – Юлианна Клермон

Так действительно будет лучше... Мне нужно срочно дистанцироваться от Ярослава хотя бы немного, чтобы успеть построить стену, которая в будущем защитит от излишней боли.

— Хорошо, – после долгого молчания глухо произнёс Тихонов.

Мы выехали со стоянки и молча доехали до дома. В квартиру зашли так же молча.

Малышка Санни выскочила навстречу и жалобно замяукала.

— Кушать хочешь, маленькая? – скинула туфли и, взяв рыжулю на руки, пошла с ней на кухню.

Наложила в миску корм и присела на стул. Нужно пойти в комнату и сложить в сумку свои вещи. Но почему совершенно нет на это сил? Не могу себя заставить.

Хочется забраться в какой-нибудь тёмный пыльный угол, свернуться клубочком и долго-долго скулить, оплакивая свою дурацкую несчастную судьбу. Не понимаю, как так произошло, что, постоянно убеждая себя в скоротечности нашей с Ярославом связи, я, напротив, привязалась к нему, влюбилась в наши с ним вечера, постоянное общение, во многом схожие интересы? Непонятным образом мужчина умудрился так быстро занять всё свободное пространство вокруг меня, так органично в него вписался, что сейчас я не знаю, как буду дальше жить без него?

Судорожно сжала кулаки и выдохнула. Нельзя было придумывать себе сказку, в которой тебе отведена совсем не главная роль. Нельзя было вообще соглашаться на роль помощницы после того, как узнала в Ярославе своего ночного незнакомца.

Глупая, глупая я!

Встала со стула, повернулась и вздрогнула. Совершенно не заметила, когда Тихонов вошёл в кухню. Привалился плечом к стене, скрестил руки на груди и сверлит меня пронзительным серьёзным взглядом.

— Не передумала?

Медленно покачала головой, опустила глаза и, проскользнув мимо мужчины, пошла собирать вещи.

Вещи пришлось собирать по всей квартире. Как же быстро я здесь обжилась! Гигиенический набор в ванной, домашняя одежда в спальне Ярослава, какие-то мелочи, вроде заколок или резинок, в зале. Каждый уголок этой квартиры теперь напоминал о нас.

Я бродила по комнатам, оглядывая каждый предмет мебели. Вот у этого окна мы с Яром долго целовались, и тогда он первый раз прошептал, как ему со мной хорошо. На этом диване мы валялись, смеясь и обсуждая новую серию нашего любимого детектива. За этим столом он рассказал мне историю своей первой любви. На этой кровати мы спали в обнимку, и впервые за много лет мне было по-настоящему уютно и спокойно.

Каждая мелочь в этих стенах хранила наши моменты, наши улыбки, наши слова. И каждая из них сейчас отзывалась тихой болью утраты. Я не могла поверить, что всё это скоро станет лишь воспоминанием.

Собрала сумку и принесла из зала переноску. Подошла к домику, где уютно свернулась Санни, и аккуратно вытащила её.

— Иди сюда, малышка, – прошептала, погладив её по мягкому боку.

Кошка недовольно приоткрыла глаза, но тут же снова задремала. Я почувствовала, как внутри меня что-то сжимается от грусти.

— Оставь её, – голос Тихонова раздался неожиданно близко.

Не заметила, когда он вышел из кухни и встал на пороге, сложив на груди руки. Взгляд напряжён, губы сжаты в тонкую линию.

— Яр, я... – начала я, но он перебил.

— Куда ты её повезёшь? У тебя же ремонт. Разве можно нормально жить среди шума и пыли? Пусть Санни остаётся здесь. И сама... оставайся.

Не знаю, может быть, мне показалось, но в голосе мужчины проскользнуло отчаяние. Я взглянула на него и почувствовала, как моё сердце рассыпается на тысячи мелких осколков.