Книга Ромашка для Горыныча, страница 8 – Юлианна Клермон

Рита оглядывается. Завидев меня, машет рукой.

— Сонь, иди сюда!

Подхожу.

— Мы очередь заняли, — сообщает Алина. — Сейчас парни макароны доварят, мы следующие.

Киваю. Реагировать пока не могу. Всё ещё в шоке от произошедшего.

— Сонь, а что у тебя с лицом? — Рита замечает моё состояние, вглядывается в глаза. — Случилось что?

— Да так, — выдавливаю из себя. — На придурков нарвалась. Норм уже!

Сообщать о заступившемся за меня мажоре почему-то не хочу.

— Ясно, — тянет Рита и прищуривается.

Не верит. Ну да, даже невооружённым взглядом видно, что я не совсем в адеквате. Тело ещё немного потряхивает. Да и выражение лица, небось, очумелое. Надо срочно взять себя в руки! Соната, соберись!

Откуда-то сбоку подваливает парень. Русые волосы, модная стрижка, весёлый взгляд карих глаз, слегка ленивая улыбка завзятого сердцееда.

— Эй, девчонки! Вы специально втроём ходите, чтобы выбор был: светленькая, тёмненькая и рыженькая? Может, познакомимся? Я — Артём.

Девчонки сразу принимают игру, улыбаются, представляются.

— Рита.

— Алина.

Парень выжидательно смотрит на меня.

Молчу. Не собираюсь знакомиться.

Пауза затягивается.

— И..? — он вопросительно выгибает бровь.

— Соня, — выдаю с неохотой.

— Софья, значит, — растягивает губы в улыбке. — Или София?

— Соната, — влезает с объяснениями Алина, переключая внимание на себя.

— Интересное имя. Необычное, — удивлённо оглядывает меня Артём.

Один из парней, стоящих неподалёку в компании, слышит разговор и оглядывается.

— Как-как тебя зовут? Соната? А споёшь нам свою песенку, Сона-а-а-та? — тянет насмешливо.

Окидываю парня нечитаемым взглядом. Не реагирую. Давно привыкла, что на моё имя у всех странная реакция. В том числе, и такая.

— Соната — это музыкальное произведение, а не песня. Эх ты, деревня!

В разговор влезает симпатичный высокий брюнет, скорей всего старшекурсник. Он неспешно кладёт руку на плечо нахалу, заставляя его замолчать и внезапно подмигивает мне.

— Ты нам лучше сыграй.

— Давай я сыграю! — вступается Алина, берёт с подоконника сковородку и демонстративно ею поигрывает. — Только я больше к спорту тяготею, поэтому играть буду в настольный теннис.

Парень выставляет вперёд ладони, смеётся. Глаза светло-серые, но на контрасте с чёрной рваной чёлкой смотрятся почти как голубые.

— Сдаюсь, сдаюсь, красавица! Пожалей, не убивай.

Алина небрежно пожимает плечами.

— Чего идиотов жалеть? Одним меньше — кислорода больше.

Ох, это она зря!.. Вижу, как у её оппонента глаза темнеют.

— Слышь, детка! За языком-то следи!

— А то что? — не уступает Алина.

— А то найду ему другое применение, — рычит парень.

— Игнат, не перегибай, — осекает брюнета Артём и поворачивается к Алине. — А ты, действительно, выбирай выражения!

Девушка фыркает и демонстративно откидывает за спину прядь волос.

Хочу вмешаться, но тут нас отвлекает Рита.

— Может, хватит уже? Конфорка освобождается. Пошли, а то провороним.

Алина поджимает губы. Хочет продолжить перепалку? Этого ещё не хватало. Итак многовато неприятностей для одного дня. Тихонько подталкиваю её к газу. Увожу с линии огня.

— Пошли!

Алина неохотно отводит взгляд от парня. Отходим. Оглядываюсь. О! А он всё смотрит. Не на меня — на Алину.

Ох, только бы врагов себе не нажить. Нам ещё долго тут обитать. Не очень хочется пять лет бегать и по углам прятаться.