Книга Будь моей парой, страница 39 – Юлианна Клермон

Я сидела как на иголках. Меня смущала и близость Дамира, и его внимательный взгляд, когда он склонялся над моим лицом. В голове мутилось, а сердце прыгало как заяц, то замирая, то пускаясь вскачь от нежных, едва ощутимых прикосновений и тёплого дыхания, иногда доносящегося до меня, когда он выдыхал.

— Ну вот и всё, - тихо произнёс мужчина.

Голос прозвучал неожиданно хрипло, а я поняла, что в какой-то момент закрыла глаза. Что-то волшебное витало в воздухе, я чувствовала это кожей и не спешила распахнуть ресницы.

Когда по щеке почти невесомо скользнули мужские пальцы, я подалась вперёд, принимая ласку, и замерла, едва губ коснулось чужое дыхание. Плевать на запреты, плевать на всё - это будет только поцелуй. Один поцелуй! Разве я не могу себе позволить такую малость?

— А, вот вы где! Вас там все потеряли! - в уши ворвался женский возглас, неотвратимо разрушая очарование момента.

Дамир резко отстранился и обернулся, а я открыла глаза. В дверном проёме стояла Марта. Скривив губы в притворной улыбке, девушка холодно смотрела на нас.

— Доктор Лэттер, сложный случай! Вас просили срочно пройти в операционную.

— Иду!.. - мужчина перевëл на меня вопросительный взгляд. - Ты как?

— В порядке, - тут же заверила его. - Правда! И про МРТ помню. Мне девочки помогут, если что. Идите, доктор Лэттер!

— Будь тут, я сейчас кого-нибудь пришлю, - сказал он, выходя вслед за Мартой, а я подавила вздох.

Две недели скрывалась от мужчины, который нравился мне, и которому, кажется, нравилась я, и в один момент все старания чуть не пошли прахом. Что-то я стала сдавать позиции!

— Соберись, не будь дурой! - рыкнула своему отражению в стеклянной дверце шкафчика.

Я встала с кушетки и принялась убирать в пакет окровавленные тампоны. Пакет нужно было уничтожить, моя тайна должна навсегда остаться таковой.

Затылок горел, будто волосы выдирали с мясом. Постригусь, блин! Налысо!

Дамир Лэттер

Две недели! Сильва игнорировала меня уже две демоновы недели! Никогда не бегал за женщинами, поэтому сейчас совершенно не представлял, как себя вести.

Я не понимал, почему Сильва так резко изменилась, ведь в кафе всё было нормально. Мы общались, пели, танцевали. Нам было хорошо вместе. Но, едва мы подъехали к её дому, девушка резко выскочила из машины, пролепетала что-то невразумительное про позднее время и больную голову и убежала.

На следующий вечер, как мы и договаривались ранее, я подъехал к её дому. Сегодня наши байки собирались покорить одну из загородных трасс. Но Сильва так и не вышла. Я ждал её двадцать минут, после чего позвонил, но она не взяла трубку. Через минуту мне пришло сообщение: "Извини, плохая погода. Я пока не буду кататься".

В столовой мы тоже больше не встречались. Осторожно расспросив её коллег, я узнал, что Сильва ходит на обед в другое время.

Догадаться, что происходит, было не трудно - девушка меня избегала. Не понимая, в чëм причина такого поведения, я попытался поговорить с Сильвой, но она опять придумала странную отговорку и сбежала. Не желая надоедать, я решил оставить её в покое. Возможно, так будет лучше для нас обоих. Она сделала свой выбор, и я должен его принять.

Только, как я ни старался, забыть девушку не получалось. Я неожиданно часто стал думать о ней, постоянно искал взглядом в коридорах больницы. Иногда мне везло, и я видел её хрупкую фигурку, быстро снующую от палаты к палате. Кое-что терзало меня, заставляя сомневаться в правильности принятого ею решения - она не выглядела счастливой. Звонкий голосок Сильвы больше не разносился по коридорам, а в ординаторской не звучал лёгкий задорный смех. Девушка будто осунулась, в её глазах не было прежнего блеска.