Книга Откровения Ходячего Недоразумения, страница 72 – Ирина Чеботарь

Из ресторана решительным шагом выступила Саломея, придерживающая сумку, из которой торчала голова собаки. Наёмница была с сопровождением.

— Всех расстрелять! — Рявкнула американка, и снова грянули выстрелы.

Стреляли человек семь мужчин и женщин, одетых под туристов. Выстрелы были меткими, ни одной пули мимо. На наших глазах умирали люди, они кричали, разбегались кто куда, но тщетно. Пули находили их.

Я не считала падающих, не видела как Саломея обходит поле бойни. Всё моё внимание было приковано к прижимающимся друг к другу Филиппо и Агнесс. Кроме них в живых оставили только двух девушек, блондинку и брюнетку.

— Ну что, Филиппо! — Саломея размеренным шагом приблизилась к звёздной паре. — Морена предупреждала тебя. Ты не послушал. Поэтому в том, что твои сучка и ублюдок сейчас умрут, вини только себя. И этих, — Саломея брезгливо обозрела палубу, — тоже не списывай со счетов. Если бы ты согласился на условия Морены, они бы не отбросили копыта в расцвете сил. Ах, да, я забыла про двух русских красоток, одевающихся на дешевых блошиных рынках. — Саломея надвинулась на девушек, мгновения ей хватило, чтобы выдернуть клинок из ножен, болтающихся на боку. Ещё секунда и в её руках оказалась голова блондинки, извергающая фонтаны крови. Брюнетка заверещала. — А ты думала, что будешь оскорблять меня, и это сойдёт тебе с рук? Нет, милая, мои обидчики долго не живут…

— Пожалуйста… — заплакала девушка.

— Может быть, я и рассмотрела бы твою просьбу, но ты обидела не только меня, ты обидела и моего дорогого Пети. — Взгляд Саломеи нашёл собачку и на мгновение прояснился. — А этого я простить не могу. Извини.

Саломея откинула в сторону голову блондинки, брюнетка закричала, но скоро крик оборвался, а в руках у наёмницы трепыхалась новая голова.

— Славненько, — обрызганная кровью, с абсолютно умиротворённым лицом Саломея казалась посланницей ада, явившейся в мир за жертвами. Вторая голова была тоже отброшена. — Пора заканчивать. Что-то этот круиз затянулся.

Американка протянула руку за пистолетом. Ей тут же вручили его. Движения Саломеи были молниеносны. Ещё один выстрел и…

Филиппо всё ещё обнимает Агнесс.

Нет, уже не её, а только тело.

Я почувствовала это...

Рот мой хотел прокричать: «Агнесс», но Маринкина рука сжала его. Я рванулась, решившись броситься к Филиппо, помочь ему опустить жену на палубу, утереть его слёзы и умереть вместе с ним.

* * *

Уже через мгновение мальчика осматривал врач.

Мы входили в ресторан, обернувшись напоследок, я увидела белый катер вдали. Это Стив возвращался.

Потом мы сидели под дверью операционной.

Вертолётом доставили врачей и оборудование из Испании. Риккардо нельзя было транспортировать.

Саломея не промахнулась. Её выстрел в Риккардо был смертельным. Не умер он по чистой случайности: в кармашке его рубашечки лежала та самая, подаренная мне, а потом мною же возвращённая машинка.

Как нам объяснили, она не задержала пулю, но слегка изменила её траекторию. И благодаря этому «слегка» Риккардо всё ещё дышал. Однако, он находился в крайне тяжёлом состоянии. Спасти его могло только чудо. И я знала, что оно случится. Я твёрдо верила, что Риккардо выживет.

Маринка держала мою руку, по щекам её текли слёзы.

В тот момент, когда я валилась на палубу, сбитая электрошокером, по ногам её хлынула кровь. Она потеряла ребёнка. Он умер вместе со всеми теми несчастными, которых сейчас пытались выловить спасатели. Только его имя не войдёт в некролог. Потому что у него нет имени.