Книга Я попала в злую свекровь, страница 19 – Екатерина Вострова

Всеволод резко повернулся к ней, улыбка стала кривой:

— Что ты сразу придумываешь?! Мы просто повеселились!

Он раздражённо дёрнул плечом и уже собирался пройти мимо жены, когда вдруг заметил меня, стоящую в нескольких шагах. На секунду на его лице мелькнуло удивление, которое быстро сменилось привычной широкой улыбкой.

— Матушка! — громко и весело воскликнул он, широко разведя руки. — А я как раз собирался к тебе зайти!

Он подошёл, слегка пошатываясь, и поцеловал мне руку. Авдотья же стояла чуть в стороне, низко опустив голову.

— Всеволод, — тихо позвала я, но во дворе мгновенно стало очень тихо. — Ты уверен, что ты с охоты пришёл? Что за вид у тебя? И компания? — я смерила румяных девиц, хихикающих за его спиной презрительным взглядом.

Всеволод хмыкнул, всё ещё пытаясь сохранить беспечную улыбку:

— Матушка, ну что ты… Обычная охота. Кабан попался хороший, вот и праздновали немного…

В этот момент Авдотья шагнула вперёд, бледная и дрожащая, и торопливо заговорила, явно ожидая, что сейчас вся вина ляжет на неё:

— Матушка, это я виновата… Я плохо его встретила, совсем не подготовилась… Он же с дальней дороги, устал, а я не вышла сразу, одета не как положено… Со мной ему не весело, я знаю… это я не умею… Это всё из-за меня…

Она говорила быстро, сбивчиво, почти захлёбываясь, и каждое слово звучало так, будто она повторяла его уже сотни раз. Руки у неё тряслись, костяшки пальцев побелели.

«Что же… — мысленно поморщилась я. — Старая Ярослава в выходках этого здоровенного лба всегда ее винила? Или как еще объяснить, что Авдотья вместо него оправдываться начинает?»

Я подняла руку, прерывая девушку, и посмотрела прямо на сына:

— Хорошая охота, Всеволод. Кабана правда не вижу, зато прекрасно вижу, как твоя жена стоит на морозе в одном сарафане, пока ты чужих девок по двору таскаешь.

Всеволод моргнул. Улыбка окончательно сползла с его лица.

— Матушка, ну что ты сразу… — он слегка развёл руками, пытаясь сохранить остатки беспечности. — Мы же просто посмеялись, повеселились немного. Я их даже не трогал, честное слово! Они просто… компанию веселили. Кабан правда был хороший, вот и настроение поднялось.

Авдотья тихо всхлипнула, но быстро прижала руку ко рту.

— Зато я тебя сейчас трону, Всеволод. Через пять минут здесь не должно остаться ни одной лишней души. Праздник окончен.

Всеволод хотел что-то сказать, но я продолжила ещё тише и жёстче:

Я обвела тяжёлым взглядом всю его компанию и добавила, чеканя каждое слово:

— А если хоть кто-то здесь задержится — прикажу выпороть прямо здесь, посреди двора. На глазах у всей челяди. И тебя первого, Всеволод. Чтобы завтра весь город обсуждал, как княжич от матери по заднице получил.

Во дворе повисла мёртвая тишина, даже гусляры замерли. Девицы за спиной сына перестали хихикать и испуганно попятились. Слуги, которые до этого делали вид, что «просто проходят мимо», застыли на месте.

Угрожать взрослому сыну поркой — это, конечно, крайне непедагогично, но, чёрт возьми, тут, похоже, по-другому не объяснить!

Всеволод смотрел на меня с растерянным, почти детским выражением лица. Краска медленно сходила с его щёк.

Я повернулась к Авдотье. Голос мгновенно потеплел:

— Авдотья, пойдём в дом. Ты совсем замёрзла.

Я взяла её под руку. Девушка вздрогнула от неожиданности, но послушно пошла рядом. Когда мы поднимались на крыльцо, я услышала за спиной хриплый голос сына: