Книга Гуси не в счет, муж в придачу, страница 13 – Елена Глива

Анна сделала шаг вперед и граф инстинктивно попятился.

— Стоять! — рявкнула она голосом, от которого на стройках в Мытищах приседали даже таджикские гастарбайтеры с арматурой наперевес. — Где рыба, муж мой?

— Чудовище отказалось выходить со мной на контакт. И я не намерен приобретать прострелы в крестцовом отделе из-за долгого сидения на траве, — проговорил Демиан, стараясь сохранять достоинство.

— Я сейчас этим веником так простимулирую твой крестцовый отдел, что ты сома-людоеда за хвост из-под коряги голыми руками вытащишь и мне принесёшь.

Она перехватывая веник двумя руками как бейсбольную биту.

— Изабель, душа моя! Не надо. Мы же цивилизованные люди? — Демиан попытался спрятаться за Грима.

Дворецкий был сухоньким и маленьким, поэтому граф выглядывал из-за его плеча примерно до середины груди, напоминая черепаху, высунувшуюся из панциря.

— Грим, иди отсюда, — скомандовала Анна. — А ты, граф, раздевайся!

— Что⁈ — ахнул граф, заливаясь краской стыда пополам с ужасом. — Зачем⁈

— Веником по камзолу бить жалко. Ткань хорошая, денег стоит, — пояснила Семёновна, наступая. — Снимай портки. Будем лечить твою психосоматику радикально. По-криушински! Я предупреждала.

Демиан понял, что спасения нет.

— Варвар… Бестия… Сатрап… Тиранша!

Первый удар веником пришелся точно по мягкому месту. Звук получился гулкий, смачный, словно ударили палкой по спелому арбузу. Граф взвыл раненой выпью и попытался совершить прыжок оленя через кухонный стол. Не вышло. Зацепился кружевным манжетом за край столешницы и рухнул прямо в кадку с песком, которую Грим предусмотрительно держал для тушения углей.

Песок просыпался по только что вымытому Анной полу, и она вошла в раж. Гоняла визжащего мужа вокруг дубового стола, работая веником методично, с оттягом, комментируя каждый удар:

— Это тебе за дымоход! — Шмяк!

— За гуся Арнольда в Парадной! — Бум!

— Бонусом за разбежавшихся слуг и полное неумение вести дела и хозяйство. За притворство и саботаж — Хрясь!

Граф носился кругами, сверкая белоснежными нижними чулками (камзол он успел скинуть), прикрывая тыл обеими руками и голося на весь замок о нарушении прав человека, феодальном беспределе и женском деспотизме.

Кончилось всё тем, что Демиан поскользнулся, упал, проехался на животе пару метров и застрял головой под лавкой, жалобно задрав вверх ту самую часть тела, которая только что приняла на себя весь воспитательный порыв его супруги.

Анна, помятую о том, что лежачего не бьют, благородно притормозила, тяжело дыша.

В этот момент дверь кухни снова распахнулась и на пороге возник белый гусь Арнольд. Он вошел чинно, переваливаясь с боку на бок. Окинул директорским взглядом картину маслом: перепачканную сажей барыню с занесенным веником, опрокинутую кадку, рассыпанный песок и торчащую из-под лавки филейную часть благородного хозяина.

Гусь вытянул шею, подошел к беззащитному заду, примерился и со всей силы ущипнул клювом графскую ягодицу.

Эффект превзошел все ожидания. Демиан вылетел из-под лавки пробкой от шампанского. Он взвился в воздух метра на полтора, совершил двойное сальто назад, приземлился на шатающийся табурет, потерял равновесие и вместе с ним обрушился прямо на руки вошедшему в кухню дворецкому.

Грим не удержал господина, и они оба покатились по полу.