Книга Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня, страница 189 – Тахира Мафи

Мои неприятности.

Мои неприятности, эти безрассудные твари, как всегда, вспоминаются в разговоре в последнюю очередь.

— Прошу вас, – шепчу я, – пожалуйста, расскажите мне, что это за неприятности. Существует какая-то серьезная проблема, да? Что-то не так? – Я смотрю на Адама. Но он не глядит на меня, он по-прежнему изучает стену. Он смотрит куда угодно, только не на меня, и я встаю с кровати, чтобы привлечь его внимание. – Адам? Тебе об этом что-нибудь известно? Ты понимаешь, о чем он говорит? Пожалуйста…

— Мисс Феррарс, – поспешно перебивает меня Касл, – я умоляю вас, присядьте. Я понимаю, вам будет нелегко принять все то, что я вам скажу, но вы должны все спокойно выслушать. Я сам попросил мистера Кента молчать до тех пор, пока я не объясню вам суть дела до конца. Кто-то обязан донести до вас данную информацию и сделать это спокойно и рационально, и я побоялся, что у него это может не получиться. – Касл шумно выдыхает и продолжает: – Вы сами чуть раньше задали очень умный вопрос о том, каким образом мистер Кент смог взаимодействовать с нашими близнецами-девушками, когда он впервые появился здесь. Но с ними совсем другой случай, – говорит Касл. – Он был слишком слаб и сознавал то, что ему требуется немедленная помощь. Его тело не могло – и, что более важно, – не стало бы отказываться от срочного вмешательства медиков. Он был уязвим тогда, а потому беспомощен и не смог бы защищаться, даже если бы того сам захотел. Когда его привезли сюда, его энергия была истощена до предела. Здесь он почувствовал себя в безопасности и искал посторонней помощи. Его тело на время оказалось вне опасности, а потому он ничего не боялся, и его способность, если можно так выразиться, в тот момент не была приведена в состояние боевой готовности для проведения стратегической обороны. – Касл смотрит на меня. Прямо в глаза. – У мистера Кента уже начались похожие проблемы с вами.

— Что? – Я беспомощно хватаю ртом воздух.

— Боюсь, он пока что не умеет управлять своими способностями. Мы надеемся исправить это, во всяком случае очень на это надеемся. Однако на это уйдет немало времени, огромное количество энергии, умение сосредоточиваться…

— Что вы имеете в виду? – слышу я собственный голос, полный самого настоящего панического страха. – Что значит, у него «уже начались проблемы» со мной?

Касл вздыхает:

— Похоже на то… что, когда он находится с вами, он слабеет. Чем больше времени он проводит в вашем обществе, тем меньше он чувствует угрозу опасности. И чем… ближе вы становитесь друг другу, – продолжает Касл, и я чувствую, как неуютно становится ему с каждой минутой, – тем меньше становится его контроль над собственным телом. – Пауза. – Он слишком открыт, слишком уязвим в это время. И случались моменты, когда его защитный дар отключался, и он ощущал вполне реальную боль, связанную с вашим прикосновением.

Вот оно что.

Моя голова будто слетает с плеч, падает на пол и раскалывается, а мозги растекаются во все стороны, а мне все равно, мне наплевать, я продолжаю сидеть вот тут. Я убита, сражена, я онемела. И еще перед глазами все плывет куда-то.

Мне страшно.

Адам теряет свой иммунитет.

Адаму нужно работать, чтобы научиться защищаться от меня, и я постоянно истощаю запас его сил и энергии. Из-за меня он слабеет, ему становится плохо. И если он снова сорвется. Если он забудет. Если он совершит ошибку или перестанет сосредоточиваться или, наоборот, сфокусируется на том, что его дар управляет моими способностями, тогда что может произойти…