Книга Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня, страница 394 – Тахира Мафи

Я стараюсь оставаться неподвижной.

Я стараюсь не издавать при этом ни единого звука.

Но мои мысли начинают бешено скакать, а сердце – отчаянно колотиться во всю мощь, потому что он сам умудряется всего несколькими словами уничтожить все мои старания забыть обо всем том, что я сумела сотворить с ним.

И теперь я не знаю, как себя вести с ним.

Но вот мои глаза постепенно привыкают к темноте, я еще несколько раз моргаю и теперь вижу, что он смотрит мне в глаза так, словно пытается заглянуть в глубину души.

К этому я совсем не готова. Еще нет. Все должно быть не так. Но чувства и образы его пальцев, его рук и губ проникают мне в голову, и я-как-ни-пытаюсь-все-равно-не-могу-отбросить-свои-мысли-прочь. Я не в состоянии проигнорировать аромат его кожи и этот незабываемый силуэт его тела. Я слышу, как тревожно и громко бьется его сердце в груди, как напряжены мышцы его лица, что даже способна прочувствовать спокойную мощь и силу, содержащуюся в его теле.

Неожиданно выражение его лица меняется. На нем отражено волнение.

— Тебе страшно? – обеспокоенно интересуется он.

Я вздрагиваю, дыхание у меня учащается. Я благодарна ему за то, что он видит всего лишь одно, общее направление моих чувств, и не более того. В какой-то момент мне даже хочется ответить ему: «Нет, мне совсем не страшно».

Потому что я буквально окаменела от ужаса.

То, что я нахожусь так близко к тебе, само по себе совершает со мной нечто невообразимое. Происходят странные, иррациональные вещи. Что-то неведомое трепещет у моей груди и переплетает все внутри меня. Я жду ответов, мне нужна ясность и книга откровений. Мне требуется целая охапка знаков препинания, чтобы ставить точки в конце предложений, которые размещаются в моей голове.

Но ничего подобного, разумеется, вслух я не произношу.

Вместо этого я зачем-то задаю тот самый вопрос, ответ на который мне очевиден.

— Почему мне должно быть страшно?

— Ты вся дрожишь.

— Ах, вот оно что…

Несколько ничего не значащих коротких слов вытекают из моих уст, словно торопятся спрятаться где-нибудь подальше отсюда. Мне хочется набраться сил и отвернуться от него в такие моменты. Как жаль, что у меня тут же начинают полыхать щеки. Мне кажется, что я начинаю хотеть чего-то совсем глупого и пустого.

— Нет, мне не страшно, – наконец удается выдавить мне. Было бы действительно лучше, если он отступит сейчас хотя бы на один шаг назад. Мне стало бы гораздо легче. И проще. – Я просто очень удивлена.

Он молчит, но продолжает так пристально смотреть на меня, словно требуя объяснений. За такой короткий промежуток времени он стал для меня таким близким и одновременно совершенно чужим. Я ожидала его увидеть именно таким и абсолютно дургим.

— Ты позволяешь всему миру считать себя бессердечным убийцей, – произношу я. – А ведь это не так.

Он смеется, приподнимая брови в изумлении.

— Действительно, – кивает он. – Мне кажется, что я самый обыкновенный убийца, ничего особенного.

— Но почему – и зачем ты притворяешься таким безжалостным? – спрашиваю я. – Почему позволяешь людям относиться к себе, как будто ты чудовище?

Он вздыхает. Потом закатывает рукава рубашки выше локтей. Я машинально слежу за его движениями, мой взгляд задерживается на его оголенных предплечьях. Впервые мне приходит в голову мысль, что у него нет никаких армейских татуировок, которые сейчас есть у каждого военного. Интересно почему?