Книга Испытание гордости. Северная леди, страница 96 – Ярослава Баженова

Со стоном повалилась обратно на кровать, лишь с опозданием поняв, что голова больше не беспокоила. Да и перстень примирительно лежал на подушке, словно был здесь всё время. Спешно надела его, вновь почувствовав себя в безопасности.

Как позже оказалось, день, проведённый в постели — день, прожитый зря. С утра меня посетил лорд Пгер. Лекарь принёс обещанный отвар, провёл диагностику, а после поспешил удалиться, сказав, что навестит вечером. Далее в комнату пришла прислуга с желанием помочь переодеться, но я всех выгнала, приказав лишь принести из моей спальни книги.

С явным неодобрением на столике рядом со мной выросла стопка книг, а после там оказался холодный чай.

До обеда меня никто не тревожил, даже прислуга не заглядывала, что уж говорить, фрейлин на порог стража не пропустила, но об этом я узнала позже. Когда леди Озаро принесла мне поднос с едой и осталась, решив составить компанию. Девушке я была благодарна, не хотелось показывать, но находиться одной в постели, пусть и с книгами, было безумно скучно.

Фрейлина поведала мне новости и слухи, что ходили в стенах дворца. Самым неприятным известием стало то, что на завтраке присутствовала леди Фельида. И когда Император поведал, что мне нездоровится, её улыбку только слепой мог не заметить. На этом моменте я нахмурилась, но стойко промолчала.

— Леди Озаро, — произнесла, спустя час, — не могли бы вы подать мне бумагу и чернильницу с пером?

— Вы собираетесь что-то писать, Ваше Величество?

Я приподнялась, облокотившись спиной о подушку, поставив освободившийся поднос на колени, а после на нём заняли своё место перечисленные мной предметы.

— Передашь послание леди Розалио? — поинтересовалась, аккуратно выводя буквы.

Писала я на фордейском ещё хуже, чем разговаривала, поэтому пыталась изъясняться простыми словами, не требующими большого количества связок.

— Оно… секретное?

— Скажу так, это имперский указ, — произнесла, поставив размашистую роспись, а после капнула на перстень, приложив его к бумаге. Но потом поспешила вытереть салфеткой. — Чем быстрее передашь, тем лучше.

— Поняла, — покладисто согласилась леди Озаро, склонив голову.

Как только чернила подсохли, я свернула бумагу и передала фрейлине, которая поспешила удалиться. Вдогонку ей была отправлен приказ без ответа не возвращаться. Что ж, я вновь осталась одна.

Попыталась вновь занять себя книгами, но это продлилось недолго. В комнату ворвалась леди Элионор, признаться, я успела позабыть, что дала ей свободный доступ к моим покоям. Впрочем, эту женщину, похоже, не волновало, что сейчас мы обе находились в спальне моего супруга.

Критически оглядевшись, бывшая компаньонка направилась ко мне, чопорно опустившись на край постели у моих ног. Я молчала, ожидая от неё начала разговора. Всё-то время после коронации мы виделись крайне мало, и это не потому, что мне претило иметь в собеседницах леди Элионор. Скорее уж, северянка сама не особо искала встреч со мной, что нисколько не удивляло.

И если с лордом Маркус я поддерживала постоянное общение, пересекаясь с ним в библиотеке и во время прогулок перед дворцом, то леди лазила совершенно по другим местам.

— Я слышала, что с вами случилось, леди Раммон, — сухо произнесла женщина, казалось, попытавшись вложить в голос сочувствие, но получилось это у неё крайне скверно.