Книга Взаимозависимость, страница 38 – Александра Седова

— Где?-спрашиваю у матери.

— Да в комнате.-отвечает.– Только тихо, Славика не разбуди.

Иду к сестре в комнату, дверь тихонько открываю, захожу на цыпочках. Спит в своей кровати. Подхожу к ней, лицо её разглядываю. На меня похожа, волосы светлые, нос как у меня, а вот губы мамины. Тонкие. Сколько помню, всю жизнь отца упрекала, что он свои пухлые губы мне передал. Говорила что ей как девочке, это нужнее. Младше меня на пять лет. Люблю её сильно. Так, как только старший брат свою маленькую сестрёнку может любить. Отца уже четыре года как нет. Я один у них с матерью остался. Присаживаюсь тихонько на край кровати, смотрю на неё. Изменилась. Даже внешне что-то поменялось. Наверное всех девушек материнство меняет. Улыбаюсь и букетом цветов ей в лицо тыкаю. Морщится недовольно, отмахивается, глаза открывает, смотрит яростно, готова прямо с ходу въебать. Цветы видит, на меня смотрит, в улыбке расплывается. Садится, за шею обнимает.

— Как поживает мать-одиночка?– спрашиваю тихонько.– На пособия уже подала, или решила у церквей побираться?

Щипает меня за бок. Сильно. Больно. Вздрагиваю и смеюсь.

— Сень, я тебя придушу!-шипит, обиду строит. А сама улыбается искренне. Снова ко мне прижимается.

Точно изменилась. За такие шутки я бы уже нормально выхватил. Обнимаю её и тепло на душе становится. Уже взрослая, мамой стала, и все равно маленькая. Сестрёнка.

— Скажешь, кто отец?-спрашиваю, по голове её глажу.

— С форточки надуло.-отвечает и отпускает меня, с кровати встаёт.

— Могу организовать тебе участие в передаче на первом канале.-говорю.– О таком нельзя умалчивать!– смеюсь.

— Сень, щас въебу.-говорит строго. К детской кроватке подходит.

Вот теперь узнаю её. Встаю рядом с ней, нового члена семьи рассматриваю. Капец он маленький! Размером как куклы для девочек. Я младенцев немного больше представлял.

— Хочешь подержать?-спрашивает Люба.

— Ебнулась?-спрашиваю.– Я же его сломаю.

Как такое маленькое создание вообще в руки можно брать? Таким хрупким кажется…

Хорошо дома. Место где душа отдыхает, раны затягиваются, психика восстанавливается. На столе мои любимые пирожки с капустой, овощи нарезанные. Мама передо мной тарелку с борщом ставит и ложку подаёт. Вспоминаю про борщевик, который я Рите в поле насобирал, сам себе улыбаюсь, борщ ем. Мама рядом сидит, смотрит, в тарелку заглядывает. Дома хорошо, но только на долго нельзя задерживаться. Домашним уютом наполниться и сваливать сразу. Не могу долго с матерью находиться. Начинает вымораживать её навязчивая забота и чрезмерная любовь.

— К нам тут Ольга на днях заявилась.-рассказывает мама, пустую тарелку убирает, кружку с горячим чаем передо мной ставит и обратно на стул садится.– Какая она все таки мерзкая!-возмущается.– Кричала что ты ей новую квартиру должен отдать, представляешь?

Люба на кухню заходит, чай себе наливает.

— Гони ее в шею, если еще заявится.-говорю.

— Я её и послала.-отвечает Люба, за стол рядом со мной садится.

Усмехаюсь. Эта может так послать, что тёща вряд ли ещё когда-то сюда сунется.

Пирожок беру, ей протягиваю.

— Мне нельзя.-отмахивается.

— Не ссы, больше чем сейчас, тебя не разнесёт.– улыбаюсь.– Или разнесёт?– строю на своём лице искренний испуг, пирожок в сторону от неё убираю.

Бьёт меня кулаком в живот под столом, чтоб мама не видела. Яростным взглядом сверкает.