Книга Хрупкость, страница 159 – Кортни Ли Винн

Я киваю.

— А ты?

Лиха стала какой-то другой. Она менее жизнерадостная, ее голос не такой оживленный, и в нем уже не слышатся дерзкие нотки.

— Я тебя не подведу, – отвечает она, и я начинаю беспокоиться еще сильнее.

— Что случилось?

— Ему становится хуже, и у него мало времени. – Лиха замолкает.

Стоя в туннеле для игроков, я перевожу взгляд на королевские ложи, огибающие ринг. Отца в моем номере не было. Зато там была Халикс. Я удивляюсь, что, не найдя его в толпе зрителей, испытываю глубокую грусть. Он ни разу не пропускал моих поединков.

Словно прочитав мои мысли, Лиха произносит:

— Он старается выжить, чтобы сохранить жизнь тебе.

— Мне все равно, – перебиваю я, но в глубине души мне очень больно.

Лиха подталкивает меня в щеку.

— Он любит тебя.

— Не начинай. – Сейчас, когда я ожидаю начала поединка, у меня нет на это сил.

Мне и моему противнику из отборочного тура присудили нулевой ранг. Это значит, что у нас самый неудачный график: нам придется ждать окончания всех поединков, а потом все начнется сначала, и после двухдневной передышки мы снова станем первыми.

Казему присудили высший, четвертый ранг. Сейчас он будет сражаться, потом неделю отдохнет и снова выйдет на ринг. Всю неделю, пока бойцы низшего ранга будут убивать друг друга, он будет пользоваться услугами лучших целителей, жить в самом лучшем номере с прислугой и наблюдать за поединками будущих соперников до того, как они увидят его на ринге.

Зрители вопят и улюлюкают, когда в первом раунде Казем своим броским мечом, усеянным красными кристаллами, сносит голову своему противнику.

Все остальные поединки завершаются одинаково. Лишь один из них не заканчивается смертью, потому что аристократ из Зо отрубает своему противнику руку с кольцом-сосудом, что тут же обеспечивает ему победу, хотя это считается невероятно вульгарным способом. Если боец использует его больше пары раз, его исключат из списка участников. Но зрители приветствуют любое кровопролитие, будь оно почетное или не очень.

Пока я жду своей очереди, чтобы выйти на ринг в центре Мегакупола, мои нервы так напряжены, что под кожей словно вибрирует ток. На мне новый кожаный костюм с черными шипами на предплечьях, украшенными золотыми наконечниками. Я снова и снова пересчитываю их, чтобы чем-нибудь занять мысли.

Когда подходит моя очередь, я пролезаю между толстыми черными канатами и, к своему ужасу, вижу перед собой того же солдата-пехотинца из отборочного тура.

— Я тебя не подведу, – снова шепчет Лиха, и мне кажется, что она пытается убедить себя, а не меня. Я собиралась воспользоваться советом Дагена, чтобы с помощью энергии Лихи удержать меч в руке, но только не в этот раз. Использование такого большого количества энергии в течение всего поединка истощит ее.

Солдат расправляет плечи и ухмыляется.

Золотистый дух начал кружить поблизости с тех самых пор, как Казем обезглавил своего соперника.

Я сжимаю свой иссиня-черный меч и смотрю на противника. Тренировки с Дэем и Сорреном на протяжении трех недель придали мне уверенности. Но теперь, когда я стою на ринге, эта уверенность постепенно улетучивается.

Под потолком кружится вихрь холодной темной энергии, и я улыбаюсь.

Дэй.

Когда раздается звук сирены, я высвобождаю энергию Лихи, точно удар молнии, выхватываю меч из рук солдата и вонзаю его в циновку на полу. Меч входит так глубоко, что даже при помощи силы заклинания и могучих рук солдату потребуется пара секунд, чтобы его вытащить.