Книга Хрупкость, страница 191 – Кортни Ли Винн

Я застываю.

— Ты ее бросишь? Оставишь ее жнецу смерти?

Лиха сердито смотрит на меня, как будто чувствует мое осуждение и боль за Низзару.

— Я могу видеть только сильные желания, но я знаю твои, Даген. Я знаю, что ты ее защитишь, а у меня почти нет выбора. Моя окончательная смерть приближается, хочу я того или нет.

Лиха смотрит на Низзару так, словно видит ее в последний раз.

— Я уже видела, как сражается ее следующий соперник. – Лиха переводит взгляд на меня, и в ее глазах появляется ужас. – На ринге она почти не использует твою силу. – У нее дергается горло. – Не дай ей умереть. Ей нужно больше времени.

— Она не умрет.

Лиха опускает голову, кажется, довольная моим ответом.

— Передашь ей кое-что от меня? Когда ей будет необходимо это услышать.

Я киваю.

— Скажи ей, что я видела величайших воинов, когда-либо обитавших в этих мирах, – мужчин, женщин и иных существ. Скажи ей, что в душах величайших героев всегда живет частичка тьмы.

С этими словами Лиха превращается в шар света и исчезает за дверью.

Дневник: страница 36

У меня получилось. Правда, без крови не обошлось. Теперь у меня есть не только оригинал «Короля королей», но и «Книга Валы». Если в королевстве Зо еще не жаждут нашей смерти, то это случится, как только они поймут, что я подменила их бесценные сокровища на огромные книги по военным тактикам.

Им следовало бы меня поблагодарить. Если они решат объявить мне войну, им понадобится помощь.

– Ло

Мегакупол дрожит. Зрители стучат кулаками по ограждениям, и от их криков сотрясаются стены.

— Бой насмерть! Бой насмерть!

Дэй летит рядом со мной, пока я горделиво шагаю к рингу посреди обезумевшей арены под радостные крики и насмешки зрителей. Как только я пролезаю между бархатных канатов и поворачиваюсь к противнику, Дэй исчезает внутри моего щита.

Смуглое лицо моего соперника резко контрастирует с его белоснежным кожаным костюмом, дополненным белыми кинжалами на поясе и длинным мечом за спиной. Он разглядывает меня с выражением убийственного спокойствия, словно оценивая, какую сторону я предпочитаю использовать.

— Ты используешь мою силу, – произносит Дэй с холодным упрямством.

— Может быть, теперь пришла моя очередь тебя игнорировать. – Я поднимаю меч.

— Низзара.

От его голоса у меня бегут мурашки по шее. Я надеюсь снова услышать его.

Дэй передает мне свою силу, и на кончиках пальцев начинает пульсировать мощная энергия. Сдерживать ее – все равно что пытаться не дышать под водой, потому что тьма внутри меня жаждет выпить всю силу Дэя.

Под потолком раздается вой сирены.

Я освобождаю разряд энергии, и из моей руки вырывается черный дым. Словно невидимым кулаком я хватаю моего соперника за его белый костюм и с силой отшвыриваю в противоположный край ринга. Он врезается спиной в стойку и, задыхаясь, сползает на циновку. Краем глаза я вижу сгущающуюся тьму, и сидящие поблизости зрителей обмякают в своих креслах, как будто я забрала их силу…

Нет. Все это мне просто показалось, но тьма внутри улыбается.

Мой противник быстро приходит в себя, встает и принимается метать в меня кинжалы. Двигаясь зигзагами, я уклоняюсь от ударов, ловлю последний кинжал прямо в воздухе и швыряю его обратно, используя частичку движущей силы Дэя, чтобы лишить противника контроля над оружием.