Книга Хрупкость, страница 31 – Кортни Ли Винн

Я бросаю проклятый дневник и отшвыриваю его в сторону ногой, но уже слишком поздно. Мои руки пропитаны черными чернилами. Комната начинает кружиться, и яд проникает сквозь кожу.

Она услышала меня.

Я совершенно уверен, что не произнес эти слова вслух. На это требуется много энергии, как если бы я пытался докричаться до царства Хешена. Разные измерения и разные частоты.

Чудовище возвращается в свою комнату. Став свидетелем ее воспоминаний, в которых она радостно улыбается при виде казней мятежников, я жалею, что не могу прикончить ее своим мечом из теней. Вместо этого я должен сблизиться с ней и завоевать ее доверие, чтобы заполучить ее душу.

Мне необходимо попасть в ее сосуд. Это поможет мне приблизиться и к ней… Мы даже сможем разделить Метку.

Я перелетаю на нижние этажи замка, прислушиваясь к разговорам слуг и пытаясь собрать как можно больше информации о Низзаре. До меня долетают обрывки воспоминаний о мятежниках, и я невольно задаюсь вопросом: если Лоле удалось сбежать, не может ли она скрываться среди них?

Пролетая по коридорам, я замечаю старшую дочь Маззара, Тареллу, которая направляется к тренировочному залу. Прежде чем войти, она останавливается и оглядывается по сторонам, что кажется мне довольно подозрительным, поэтому я следую за ней.

В ее воспоминаниях я вижу поединки Низзары, и я вынужден признать, что маленькое чудовище умеет сражаться.

Кажется, Тарелла присутствовала на всех поединках Низзары, и каждое ее воспоминание пропитано завистью. Просматривая все эти прекрасные и жестокие воспоминания, я начинаю сомневаться, что Низзара когда-либо проигрывала, потому что я не вижу ни одного поединка, в котором она бы потерпела поражение. Один раз она не использовала свое кольцо-сосуд, но даже и без него ей удалось победить соперника.

Я собираюсь покинуть воспоминания Тареллы, когда передо мной возникает картина из недавнего прошлого.

Низзара в тренировочном зале с мечом в руке сражается с командующим пехотинцев. Я даже не могу назвать это поединком. Он настолько опытен, что просто размазывает ее по стенке. Любопытно, в каком из царств он научился так сражаться?

Я жду, что Низзара вот-вот сдастся или потеряет сознание, но после каждого падения становится еще более ожесточенной. Несмотря на кровь, сломанные пальцы и дрожь в руках, она продолжает сражаться.

Продолжает вставать.

Снова и снова.

Меня захлестывают эмоции Тареллы. Восхищение, зависть, горечь. Она достает кинжалы и принимается направлять энергию своего сосуда в мишени. Потом она пытается сделать обратное сальто над летящим кинжалом, но на полпути допускает ошибку и приземляется на плечо. С яростным воплем Тарелла начинает метать кинжалы во все стороны. Они ударяются о непробиваемые зеркала, и она выбегает из зала.

Увидев Низзару в воспоминаниях Тареллы, я снова задумываюсь над тем, что же такое чистая душа. Очевидно, это не добродетельная душа, потому что Низзара – маленькое жестокое чудовище с острым языком, но вместе с тем она не кажется олицетворением абсолютного зла.

Нил посылает меня только за проклятыми душами. Мои жертвы – предатели и убийцы, как и Маззар.

Маззар, убивший меня из кристального ружья моего отца. Я мчусь по длинным темным коридорам, и у меня появляется идея.