Книга Хрупкость, страница 76 – Кортни Ли Винн

Я заставляю себя взглянуть на далекую землю.

И не сводить с нее глаз.

Высота.

Возможно, именно поэтому отец и поселил меня здесь: он знает, что я ненавижу высоту.

Эта мысль заставляет меня сдвинуться с места: я хватаюсь за скользкие камни и перекидываю ногу через перила. Когда я пробираюсь между гранями и шипами башни, мои руки в перчатках леденеют от холода и ветер развевает полы плащей.

Быстрее.

Самое главное – двигаться как можно быстрее, прежде чем руки совершенно онемеют. Я осторожно перевожу взгляд вниз и сглатываю ком в горле.

Пару раз пальцы соскальзывают с ледяного камня, но мне удается ухватиться за соседние выступы и трещины, и я продолжаю спуск.

После двадцати минут тяжелого спуска, когда мне кажется, что я вот-вот вывихну себе плечо, мои ноги наконец касаются обледеневшей земли.

И в этот момент у меня за спиной раздается его бархатный голос:

— Решила сбежать? Как нехорошо.

Низзара вскрикивает от неожиданности и поворачивается, упираясь взглядом прямо в меня.

Я отгоняю прочь чувства, которые охватывают меня при виде нее, и, стараясь не думать о том, как сильно меня к ней тянет, пытаюсь мысленно связать эту жестокую девушку с кинжалами с маленькой девочкой из воспоминаний, свернувшейся калачиком рядом с мальчишкой из Авома.

Я пытаюсь забыть о человеческих чувствах и сосредоточиться на своей миссии. Завоевать ее доверие и узнать, кто ей дорог. Играя роль Реда и выжидая, когда розовый дух оставит ее в одиночестве, я не имел возможности часто наблюдать за Низзарой. Мне нельзя упустить эту возможность.

— Собралась к любовнику? – с усмешкой спрашиваю я. – Твой жених-джаксел будет недоволен.

Она прищуривается и натягивает капюшон плаща на белоснежные волосы: они по-прежнему убраны в высокий хвост, перекинутый через плечо.

— Откуда ты знаешь, кто мой жених?

Я лишь усмехаюсь в ответ, и она шипит:

— Почему бы тебе не преследовать кого-нибудь другого?

— И пропустить все самое интересное? – отвечаю я, продолжая парить у нее за плечом.

Ледяной ветер подхватывает белоснежные волосы, и несколько прядей касаются ее губ. Они щекочут их и прилипают к черной помаде, делающей их соблазнительный изгиб еще более зловещим.

Черт бы побрал ее губы.

— Уверен, твой любовник высокий и смуглый, и у него карие глаза…

Она презрительно фыркает и бросается бежать.

Что задумала эта злодейка в столь поздний час и в такой холод? Она бежит не останавливаясь, а частицы ее черно-золотой души шепчут мне о ее желаниях.

— …попросить прощения у Палко…

— …выиграть Королевский поединок…

— …разорвать помолвку…

— …голос Дэя…

Я стараюсь не думать о том, что одно из ее желаний включает меня, и сосредотачиваюсь на Палко. Возможно, так зовут ее любовника. Но разве она только что не пыталась поцеловать принца Зема?

Из бездны моего разума поднимается шепот теней.

— Она такая же лгунья, как и твоя покойная жена… Все души прокляты… Они все заслуживают смерти… Мы голодны, Даген…

Я отказываюсь их слушать, и они замолкают.

Я продолжаю следовать за Низзарой, стараясь не погружаться в ее воспоминания. Те последние воспоминания о ней и о мальчике из Авома по-прежнему не оставляют меня в покое.

Я должен положить этому конец.

Низзара старается держаться в тени под прикрытием черной стены замка. Ее выдают только волосы, танцующие за плечами от ветра.